«В тишине, ночью, в дождь совершаются кражи»

Город
Фото: Кирилл Каллиников / РИА Новости

Роль участкового уполномоченного полиции москвичам понятна не всегда. Кто-то не знает его в лицо, а кто-то обращается с жалобами на соседей несколько раз в неделю. Участковый из Тверского района Валентин Колисниченко на службе уже больше двадцати лет. МОСЛЕНТА расспросила его о том, как удается сосуществовать москвичам, испорченным квартирным вопросом, и как они принимают гостей столицы.

— Район у вас неоднозначный — центр города, но здесь достаточно тихо.

Это так кажется! Тишина, конечно, хороша, но есть свои сюрпризы. В тишине, ночью, в дождь совершаются квартирные кражи. Уже несколько раз здесь такое происходит. Влезают через окно, на первые и вторые этажи. Недавно женщина их спугнула — так и крикнула: «Куда вы лезете, я дома!» Люди забывают о необходимости ставить решетки и сигнализацию. А ведь любое препятствие помогает нам задержать злоумышленника — есть время позвонить нам, на шум придут свидетели…

87695d9cb64fbd9570fcc7b22babe90a4930c1c2

«Люди забывают о необходимости ставить решетки и сигнализацию»

Фото: ООО "Издательский дом Родионова" / ТАСС

— Вы знаете своих жильцов?

Конечно не всех, но кого-то запоминаешь, когда работаешь двадцать лет. Вообще у нас в районе ведь не одно отделение милиции, а несколько. Район-то большой. Под моим контролем — участок. Всего нас в районе двадцать человек.

Контингент своих жителей можно изучить и знать, что от кого ожидать. Я знаю проблемных жильцов. Тех, от кого регулярно поступают жалобы на соседей. Или на кого жалуются. Тогда приходится отрабатывать их очень тщательно. К кому-то приходится заходить по два раза в день. А тех, кто живет спокойно, могу и не помнить по имени. Конечно, регулярно я прохожу по домам, знакомлюсь, всех переписываю. Но всех жильцов не упомнить. Некоторые удивляются: надо же, к нам пришел участковый!

И
Иногда люди приходят с жалобами, которые даже пересказывать стыдно. Причиной конфликта становится что угодно, особенно в коммуналках. Полотенце не там оставили, мусор вовремя не вынесли, ванную по графику не помыли… В итоге — скандал

— Люди охотно идут на контакт?

Те, кому скрывать нечего, пускают к себе очень охотно. А те, у кого рыльце в пушку, могут начать возмущаться… Потом, правда, чаще всего сами приходят. Когда возникает необходимость. Нас очень выручают активные жильцы. Иногда они и соседей приводят. Недавно притащили парня из Азербайджана, у которого была своеобразная проблема: в связи с недостаточным владением русским языком ему приходилось объясняться жестами. А человек он горячий, южный… Соседи не всегда правильно понимали эти жесты, считали, что он им угрожает. Боялись, жаловались. В итоге мы все это прояснили.

Некоторые любят жаловаться на работы, проводимые в районе. Причем на легальные. Например, была одна дама, которая никак не могла смириться с тем, что около ее дома что-то копали. Бесполезно было ей доказывать, что все работы организовали власти — из-за аварийной ситуации. Несколько раз она мне звонила, я и объяснял, и на место событий приходил. Потом она, наверное, решила, что от меня толку нет. Попробовала зайти с другой стороны. Позвонила в соседнее отделение милиции, там начальник участковых ей говорит: «Секундочку, ваш участковый — Колисниченко, сейчас передам ему». И она бросает трубку.

Квартирный вопрос

— Какие проблемы можно назвать основными?

Пожалуй, это коммунальные квартиры. Когда после распада СССР пошла волна приватизации, люди начали делить территорию. И вот тут всегда хватает жалоб. Хотят выжить друг друга из квартир. Сколько людей — столько проблем. Кто-то готов уехать из центрального района ради отдельной квартиры, а кому-то хорошо и в привычной старой комнате. И здесь есть другой нюанс: если продавать долю отдельно, то она будет стоить меньше, чем при продаже всей квартиры. Поэтому многие стремятся договориться с соседями полюбовно. Но не все понимают, что тратить нервы не стоит.

В девяностые годы у меня была одна «любимая» коммуналка на соседней улице. Там жили две семьи, и они никак не могли разделить квартиру. Жаловались друг на друга постоянно. Один скандал, второй, третий… Подрались. Пришлось передать дело в суд. Тогда они испугались, поутихли. Наверное, поняли, что безнаказанными не останутся. И как-то спокойно, культурно разменяли квартиру и разъехались. Значит, удалось воздействовать.

Иногда пытаются схитрить, но выходит боком. На Селезневской не так давно женщина купила комнату в коммунальной квартире. Там жила проблемная семья, которая просто разделила лицевые счета. Мужчина сильно пил, его комната уже грязью заросла, а его дочь съехала и свою комнату заперла. Женщина сделала ремонт в местах общего пользования, надеясь со временем выкупить хотя бы две комнаты. Но когда тот алкоголик умер, вдруг из ниоткуда возникла гражданка, утверждавшая, что она его жена. Жаловалась, что ее не пускают в квартиру — а как пустить, если никто никогда ее там не видел? В итоге пришлось отправить ее в суд, чтобы там решать проблему. Если честно, не знаю, чем все кончилось.

— Соседские жалобы обычно предсказуемы?

Иногда люди приходят с жалобами, которые даже пересказывать стыдно. Причиной конфликта становится что угодно — особенно в коммуналках. Полотенце не там оставили, мусор вовремя не вынесли, ванную по графику не помыли… В итоге — скандал. Вызывают участкового. И я сначала с одними десять минут говорю, потом с другими, потом собираю их вместе и опять говорю. Спрашиваю: поняли? Кивают. Потом некоторое время от них ничего не слышно. А дальше — как получается.

— Значит, жителей вашего района тоже испортил квартирный вопрос?

Распространенная практика — когда молодые люди берутся ухаживать за стариками, в будущем претендуя на их жилплощадь. И здесь все по-разному происходит. К примеру, был дедушка, за которым ухаживала одна дама, и все было хорошо. До того момента, как он передал ей документы на квартиру. Сразу выяснилось, что не такая уж она милая и приветливая. А недавно был другой случай: бабушка заключила договор ренты с женщиной и подала на нее в суд. Говорит: «Я поняла, что она будет меня кормить и ухаживать, а вот что я должна буду передать ей свою квартиру — не поняла!» Разумеется, мы предупреждаем людей, что нужно по сто раз проверять все, что им предлагают, и ничего не подписывать просто так. Но вообще сейчас меняется обстановка, меняются жители. Уже не так охотно идут на контакт, как раньше.

Массовые расстрелы 90-х

— Когда вы начали здесь работать?

В 1991 году. И девяностые запомнились массовыми, почти организованными расстрелами в конце года. Кто-то брал у кого-то в долг, потом не отдавал вовремя — и вот результат. Сейчас народ цивилизованнее: понимают, что необязательно нанимать для решения своих проблем киллера. Можно ограничиться и адвокатом.

— Тогда было труднее?

Трудно только первые десять лет. Потом привыкаешь.

C220e112cca9b7344f56cb6274835acf4c80c004

«Вообще жизнь участковых, на самом деле, чем-то скучна...»

Фото: Алексей Филиппов / РИА Новости

— В центре города наверняка бандитские разборки были масштабными?

У нас были свои происшествия, не хуже и не лучше других. На этом самом месте, где я сейчас работаю (3-й Самотечный переулок, 13, — прим. МОСЛЕНТЫ) раньше стоял другой дом, №17/8. Старый, сталинский. В одной из квартир жил некто Виталий. У него была бойцовая собака, с которой он участвовал в боях за деньги. Ставки за один кон доходили до 5000 долларов. И однажды, вероятно, он сыграл не так. Его расстреляли прямо здесь, в квартире. Вместе с собакой. Несколько пуль тогда срикошетили в соседнее здание школы, застряли в оконной раме. Когда изучили их, выяснили, что оружие очень редкое. Такое использовалось в спецназе.

— Жителей района часто волнует вопрос: бывают ли здесь убийства?

Конечно. Не так уж часто, но бывают. Самое впечатляющее мне запомнилось, пожалуй, с 2005 года. На Самотечной жила очень порядочная женщина-вахтерша, а ее сын пил по-черному. Вокруг квартиры постоянно шатались его сомнительные дружки, была одна девица — Наталья из Белоруссии. И вот однажды мне ночью звонят: «Знаешь такую-то квартиру? Выезжай, труп женщины. Расчлененный». Он сам эту Наталью, сожительницу, прикончил, а потом выносил руки-ноги, выбрасывал в мусорные баки. Что-то решил донести до туберкулезного института на улице Достоевского. Вот там у него нервишки не выдержали — сам позвонил в милицию и сказал, что у него в квартире труп. Потом я у него спрашиваю: «Ну что ты наделал?» Улыбается.

Но вообще чаще всего трупы — это результаты пьяных драк. Однажды жена задушила мужа в ванной — не понравилось, что он водки много пил. Сорвалась, мол.

3b7df23a3efdecfaaa4e54a36988621e6c8d8b2e

«Проблемных жильцов приходится отрабатывать очень тщательно»

Фото: Алексей Филиппов / РИА Новости

— Пугающие рассказы. Но работа участкового ведь не целиком состоит из таких происшествий?

На самом деле жизнь участковых достаточно скучна. На наших плечах — работа в жилом секторе. Иногда в кабинете сидишь, иногда обходишь территорию. Под контролем нужно держать все: где дерево спилили, где новую скамеечку поставили, где кто с кем ссорится. Если что-то случается — наблюдаем, ищем свидетелей. Но это монотонная работа. Какие у нас могут быть громкие дела? Их расследуем не мы.

— Но чем-то эта работа увлекает?

Интересно, что нам периодически приходится изучать какие-либо профессии. Когда получаешь материал, без медицинских терминов порой не обойтись. Например, чтобы понять симптомы или причины болезни. Знаете, что распространенные слова вроде «Он меня до инфаркта доведет!» — это не всегда голая риторика, но иногда и попытка подвести человека под уголовную ответственность? Ведь есть статья о причинении вреда здоровью. Поэтому если человек жалуется, что из-за поведения соседа у него ухудшается состояние здоровья, приходится обращаться к медицине: выяснить, может такое быть на самом деле или нет.

Идеальные студенты

— На смену коммуналкам в центре города пришла другая практика — молодежь, снимающая квартиры вскладчину.

На этих ребят жалоб немного. У них принцип — не гадить там, где живешь. Они предпочитают заключать договор, хозяева в курсе, что в квартире будет жить несколько человек. Все-таки ребята, особенно студенты, никак не могут в одиночестве оплатить дорогую съемную квартиру. А впятером — в самый раз. Если соседей не злить, то все будут спокойны. Бывает, проходишь с рейдом по квартирам, спрашиваешь: где сдают? Они не признаются, говорят, что в доме все хорошо.

Хотя это, конечно, до первой проблемы. Бывает и иначе: заходишь, спрашиваешь — снимаете? Отрицают, говорят, что просто у родственников живут, по приглашению. А через месяц приходят в отделение. Жалуются, что хозяин квартиры выгоняет раньше времени, хотя договор заключен. То есть все в соответствии со шкурными интересами. Конечно, не все регистрируются в съемных квартирах, но эту проблему довольно трудно выявить.

— Кстати, неподалеку от вас — два крупных университета, РГГУ и РХТУ. Студенты добавляют хлопот?

Нет, все спокойно. Хотя происшествия бывают — чаще всего речь идет о кражах среди студентов. Недавно в РГГУ был случай — у преподавательницы украли сумку с ноутбуком. А вот за пределами учебных заведений проблем не замечаю. Конечно, случаются и драки, и пьяные разборки, и кражи в ресторанах, но это ординарная ситуация, не из ряда вон. Даже нет питейных заведений, которые создавали бы слишком большие проблемы. Те, что в жилых домах, закрываются в 23:00, то есть жалоб на шум от соседей не поступает. А неприятности происходят не слишком часто. Сейчас все гораздо спокойнее, чем в девяностые, о которых мы говорили. Раньше бутылки летали, стреляли по ним… Конечно, текучка людей в центре города достаточно велика — сюда и сами москвичи приезжают, чтобы развлечься, и туристы. Но эти категории граждан не доставляют серьезных неприятностей.

Прописка в ЦАО ничего не решает

— Известная проблема центра города, связанная с туристами — множество хостелов в жилых домах.

Да, это тоже насущный вопрос. Полбеды, если они на первых этажах и с отдельным входом. Но, как показывает практика, этаж может быть любым. Хостелы открывают в обычных квартирах. А это уже незаконно, противоречит жилищному кодексу. Тут есть парадокс — хотя в хостелах и живут люди, помещение считается нежилым. А квартира должна быть жилой. Знаю, что соседи регулярно жалуются на хостел на улице Александра Невского: хотя там есть отдельный вход, не устраивает то, что клиенты ходят через двор. И курят на крылечке. Правда, тут тоже не все так просто. Приезжаю — курят сами жильцы. Я спрашиваю: так почему же вам можно тут дымить, а туристам из хостела нельзя? Мнутся.

— Считают, что индульгенцию дает прописка? Кстати, люди с пропиской в ЦАО склонны кичиться этим фактом?

Не все и не всегда. Могу сказать, что то время уже прошло. Я здесь общаюсь даже с очень богатыми людьми, которые купили дорогие квартиры, — они ведут себя вежливо, корректно. Приглашают к себе домой. Не от прописки и не от места жительства все зависит, а от характера. Штамп в паспорте с меткой «ЦАО» ничего не решает. Мы сами создаем эти мифы о том, что якобы человек с пропиской на Тверской никогда не поймет того, кто живет в Бирюлево. Это не так! Может быть, кому-то просто нравится жить в тихом окраинном районе. Или до работы удобно добираться. Никогда не угадаешь.

2a2e1b585af912d92e73447adc7064e0c58f6774

«Некоторые удивляются: надо же, к нам пришел участковый!»

Фото: Алексей Филиппов / РИА Новости

— А сами вы москвич?

Нет, я приехал из центральной Украины в конце 1980-х годов. Совсем недолго проработал на стройке, а потом пришел в милицию. Вот так получилось. И живу сейчас не в своем районе, а в Новокосине. Добираюсь каждый день туда и обратно. Конечно, иногда возникали мысли о том, чтобы перевестись на работу поближе к дому, в тот район. Особенно когда у нас начинались реорганизации. Но получилось, что остался здесь. На самом деле в этом нет выигрыша или проигрыша. В каждом районе свои проблемы. Например, в Новокосине самое актуальное — угон автомобилей. Ведь там можно выехать из Москвы, как говорится, минуя все посты. В ЦАО этого нет. А у нас самое интересное — коммуналки, раздел имущества. Тоже жизнь во всех проявлениях.