«У нас голуби съезжают с карнизов от вибрации»

Город
Фото: Сергей Узаков / ТАСС

МОСЛЕНТА побывала на встрече префекта ЦАО Виктора Фуера с народом. Выяснилось, что жителей округа замучили крысы, бомжи и иностранцы, их возмущает маскировка берез под пальмы, а таджика с пилой — под короеда, кроме того, им не хватает красок и кисточек.

Перед встречей с префектом в качестве разминки жители жаловались друг другу.

— У вас в подъезде воняет?

— Нет.

— А у нас вонь! Ох, какая вонь, невозможно зайти! Девочка моет, но в мусоропроводе все гниет и гниет. Гости приходят, первым делом спрашивают — у вас что, в мусоропроводе труп?

— А какой у вас адрес?

— Верхняя Красносельская, 24.

— Так у нас раньше тоже воняло. Но мы мусоропровод разобрали и весь бетон оттуда, снизу, выгребли. Новый положили. Месяц жили без мусоропровода. Зато теперь не воняет.

— А у нас мало того, что воняет! У нас в мусоропроводе крысы. Всю электропроводку от лифта сгрызли. Поэтому у нас еще и лифт не работает.

Ровно в семь вечера префект ЦАО Виктор Фуер появился в актовом зале Пушкинского лицея по адресу Верхняя Красносельская, 30. Рядом с тем самым домом, в котором вонь.

П
Практически все вопросы начинались словами благодарности, а заканчивались фразой: «Когда кончится это безобразие?»

Первым делом, как и положено, жителей познакомили с официальным отчетом. Из него можно было узнать, например, что в Красносельском районе проживают 47 тысяч жителей и растут 216 тысяч квадратных метров газона, 4490 кустов и 780 деревьев. В 2015 году уже заменили 7 тысяч квадратных метров асфальта во дворах, 3,7 тысяч квадратных метров газона и 144 штуки «малых архитектурных форм».

В рамках проекта «Моя улица» на Мясницкой будут расширены тротуары, отремонтированы фасады домов, и установлены 154 новых светильника торшерного типа, плюс 60 скамеек и урн. Кабели уберут под землю и организуют парковочные карманы. Аналогичные изменения ожидают еще ряд улиц, в том числе Краснопрудную и Русаковскую.

А
А у нас два хостела, и у нас теперь не дом, а ареал стран Азии и Африки!

Виктор Фуер отметил, что в городскую программу благоустройства вошло 40 улиц и 1500 дворов, «и программа, несмотря на все трудности в экономике, только наращивает свой ход». Отчитавшись, префект предложил жителям задавать вопросы.

Практически все вопросы начинались словами благодарности, а заканчивались фразой: «Когда кончится это безобразие?»

Оказалось, что жители самого обеспеченного района Москвы живут не просто плохо, а очень плохо.

— У нас снегоплавильные аппараты стоят за домом. Они работают пять месяцев в году. Всю ночь грохот ковшей! Мы не спим, у нас голуби съезжают с карнизов от вибрации! У меня стоят три стеклопакета — бесполезно! — рассказала Елена Светова, представитель жителей дома 38а по улице Маши Порываевой.

Летом жильцам дома ненамного легче:

— В кафе «Колесо истории» до утра свадьбы, фейерверки, стрельба! И мы не попали в программу «Моя улица», хотя у нас фасад рушится! — продолжала Светова.

— Конечно, снегоплавильные камеры — это не дело, — согласился префект.

Полиции тут же было дано поручение наведаться в злополучное кафе и разобраться, чего там так шумят. По словам Виктора Фуера, семь подобных заведений уже удалось закрыть с помощью Роспотребнадзора, потому как все в Москве должны соблюдать закон о тишине.

Но жить в тишине в центре мало кому удается.

— Мы представляем дома по Ольховской, 33 и 45. Мы находимся рядом с площадью трех вокзалов, поэтому все бомжи — наши. Еще мы в кольце бизнес-центров, поэтому мы запаркованы так, что не только припарковаться — в подъезд войти невозможно. Толпы народа идут через нас, потому что проход через Бауманскую закрыт. Торговцы сбрасывают у нас сумки, а по ночам все наркоманы с площади трех вокзалов приходят к нам резвиться. Утром приходит «Жилищник» и убирает то, чем ночью нарезвились.

Выход жильцы видят простой:

— Надо просто взять и огородить нас трехметровым сплошным забором!

Страшная беда для жителей ЦАО — это хостелы. Они, как выяснилось, есть в центре практически в каждом доме.

— Красносельская, 15. У нас в доме всего 32 квартиры, подвал сдали под хостел — и к нам прибыло 35 постояльцев. Все ходят через наш подъезд, им надо пить, курить. Мы писали во все инстанции, размещать людей в подвале без окон запрещено!

— А у нас два хостела, и у нас теперь не дом, а ареал стран Азии и Африки!

— А у нас шесть хостелов в доме, представляете? Шесть! Все торговцы и гастарбайтеры с трех вокзалов живут теперь в нашем доме!

Префект и тут обещал разобраться:

— Понятно, что там, где вокзалы — там это максимально все… Эти хостелы, мы не знали, как их остановить, но теперь мы их просто закрываем при помощи полиции и прокуратуры.

— А в нашем доме, на Верхней Красносельской, на входе стоят одиннадцать батарей — очень прекрасно возле них спят и живут бомжи!

— А у нас возле дома аннулировали стоянку — теперь все машины «гуляют» по палисаднику. А возле дома поселились лица без определенного места жительства — притащили к нам во двор диваны, кровати, для них это прекрасный уголок!

Микрофон дали подростку в спортивных трусах. Он поблагодарил префекта за спортивную площадку, которую построили у него во дворе по адресу Мясницкая, 21. Но возникла одна проблема — на спортивной площадке повадились приятно проводить время «лица из Франции и других стран», сообщил подросток.

Они, по его словам, и есть самые настоящие «асоциальные элементы». Иностранцы докатились уже до того, что «написали краской слово «США»:

— Мы все, живущие в доме, — патриоты! Мы требуем эту надпись убрать! — громко заявил парень.

— Может мне вам краски дать, чтобы вы эту надпись закрасили? Принимайте участие в содержании дома! — предложил Фуер.

—Давайте!

Зал загудел:

— Тоже нашлись патриоты! Краски у них нет! Давно бы эту надпись закрасили!

Парень растерялся:

— Если дадите нам краски, то, конечно, ребята сами закрасят и вместо «США» напишут…

На самом интересном месте Виктор Фуер прервал патриота:

— Я вам даже кисточек дам! — пообещал префект.

— Спасибо! — поблагодарил юноша.

Другими насущными проблемами жителей центра столицы оказалось закрытие доступных магазинов типа «Дикси» и «Пятерочка», отделений «Сбербанка», переизбыток машин и людей и недостаток парковок и стоянок.

У нас стригут березы под пальмы — это вообще гениально! Спиливают деревья. Освобождают места под парковочные карманы, а нам вешают лапшу на уши про короеда. Я долго верила и искала этого короеда. И, наконец, нашла — это оказался таджик, который ходит рано утром и подпиливает деревья

Вопрос с парковками оказался единственным, по которому Фуер с жителями не согласился:

— А вы о чем думали, когда машину покупали? — строго спросил префект. — Москва переполнена! Они были незаконны, эти стоянки, которые мы закрыли.

— Да нет, они были законны!

— Может вы имеете ввиду 1975-й год? Сейчас незаконно огораживаются площадки, и с желающих поставить машину собираются деньги.

Но не всем, как выяснилось, нужны парковки. Под конец встречи право задать вопрос дали Хамовникам.

— У нас стригут березы под пальмы — это вообще гениально! Спиливают деревья. Я в отпуск уехала, приехала — вырубили каштан и две лиственницы. Освобождают места под парковочные карманы, а нам вешают лапшу на уши про короеда. Я долго верила и искала этого короеда. И, наконец, нашла — это оказался таджик, который ходит рано утром и подпиливает деревья. Затем они начинают сохнуть, и тогда их под видом короеда вполне «законно» спиливают.

Вопрос про короеда был единственным, на который префект не знал, что ответить. С одной стороны, отметил Виктор Фуер, в отношении таких вот недобросовестных порубщиков уже лежат дела в прокуратуре. А с другой стороны — откуда вы знаете?

— Дерево выглядит как нормальное дерево, но, может быть, что-то в нем есть… Так что дешевле срубить его и посадить новое, — предположил Виктор Фуер.

На этом встреча благополучно завершилась.