«Раки — полноправные москвичи»

Город
Возвращению раков в Москву могли способствовать утки
Фото: Сергей Лаврентьев / Фотобанк Лори

В Москве-реке появились раки, которые стремительно размножаются, а это значит, что река стала чище. Экологи просят горожан пока не вылавливать членистоногих и дать их популяции достаточно разрастись. Ответственный редактор «Красной книги» Москвы, заведующий сектором ВНИИ охраны природы Борис Самойлов рассказал МОСЛЕНТЕ о биоразнообразии столичных водоемов.

— Где можно раков увидеть?

Раки расселились в Москве-реке на значительном протяжении. Больше всего их в верхнем течении — Серебряном бору, Строгинской и Мневниковской пойме. Сейчас членистоногие замечены и в нижнем течении, в районе Бесединского моста. Кроме того, они стремительно размножаются в некоторых столичных прудах, куда не сбрасываются ливневые стоки. Речь, например, идет о Нижнем Царицынском пруде, Борисовском пруде. Это большие московские пруды, у которых высокая способность к самоочищению. Можно сказать, что раки — полноправные москвичи. Они обитают там, где более-менее чистая вода и естественные берега. Им важно, чтобы по берегам росла околоводная растительность, а на дне был песок, где они роют себе норы.

— Есть версия, что раков в Москву принесли утки…

Да, вероятно, что их заселению способствовали птицы. Они переносят на своих лапках икринки, которые способны осесть на дно. С другой стороны, водные обитатели имеют возможность перемещаться к городу непосредственно по реке от границы со Смоленской областью. В любом случае, ловить и есть раков в Москве не следует. Они считаются санитарами водоемов, питаются дохлыми лягушками, дохлой рыбой, которые в Москве напичканы вредными веществами. Кроме того, наш московский широкопалый рак занесен в Красную книгу и ловить его запрещено.

4970512188cf8113be02aabf00c0a25d6e908ce5

Больше всего раков в верхнем течении Москвы-реки — Серебряном бору, Строгинской и Мневниковской пойме

Фото: Nataly Fisher /Fotoimedia / ТАСС

— Вода в Москве-реке действительно стала заметно чище?

Стало гораздо меньше промышленных сбросов, которые преобладали в советские время и 90-е годы. Рыбы тогда было совсем мало — сбросы для живых организмов были очень токсичными. Сейчас большинство промпредприятий города свою работу прекратили, реализуется программа реновации промзон. При этом резко увеличилось количество автомобилей. Сейчас основным источником загрязнения стали ливневые стоки с проезжих частей, которые содержат нефтепродкуты. Нефть легче воды, она всплывает на поверхность. Для раков это не так страшно, они ведь ведут придонный образ жизни. Если количество нефтепродуктов все-таки ограничено, то раки способны спокойно существовать.

Н
Наиболее благополучная ситуация в верхнем течении реки — Строгино, Мневники. Там водится и жерех, и сом, и налим. Сомы есть очень крупные, я лично видел экземпляры длиной более метра!

— Как в связи с этим изменяется видовой состав речных обитателей?

Видовой состав остается, в принципе, стабильным. Могу только сказать, что в районе Строгино поселились бобры и норки. Это, кстати, говорит о количестве членистоногих, ведь норка питается теми же раками. Если норка есть, значит в воде много живности. В основном мы фиксируем изменение количественных характеристик.

Наиболее благополучная ситуация в верхнем течении реки — Строгино, Мневники. Там водится и жерех, и сом, и налим. Сомы есть очень крупные, я лично видел экземпляры длиной более метра. Здесь рыбе достаточно места для нереста. Там в естественных берегах сохранилась Мневниковская пойма с обильной околоводной растительностью. Здесь нерестится щука, лещ, окунь. На берегах растут ивовые кустарники, рогоз, тростник. В воде плавает рдест, кувшинки. Есть прогреваемые мелководья, где может кормиться и быстро набирать вес рыбья молодь. В этой части города численность рыбы стабильная и высокая.

— В других частях города какова ситуация?

В нижнем течении Москвы-реки ситуация похуже, видовой состав в два раза беднее, но масса рыб большая. Дело в том, что температурный режим благоприятен для размножения всевозможных водных беспозвоночных, которыми питаются рыбы. Некоторые виды рыб там себя чувствуют вполне нормально — река широкая, воды много, кормовая база существенная.

О
Около Кремля часто попадается рыба с выжженными кислотными сбросами глазами. Такие рыбы потомство оставлять не могут. Они просто доживают свой век и погибают.

Самый неблагополучный сектор — центральный. Это примерно от места впадения реки Сетунь до Яузы и ниже. Здесь просто мертвая вода! Москва-река на этом участке совершенно утратила способность самоочищаться, каменные берега препятствуют соприкосновению с околоводной растительностью. Еще один существенный фактор — перегрев воды. Летом сильно нагреваются каменные берега, ночью они тепло отдают. Температура воды повышается, а многие виды рыб этого просто физически не выдерживают и дохнут. Например, налим впадает в спячку при температуре воды выше 12-15 градусов. Он теряет способность плавать, питаться. Закапывается куда-нибудь и отлеживается пока не похолодает.

35715e82789d2f160b67f6213cb40c0cf2cf7249

Рыбу из Москвы-реки есть лучше осторожно

Фото: Владимир Сергеев / РИА Новости

Много городских легенд о рыбах-мутантах. Вы сами их видели?

Около Кремля часто попадается рыба с выжженными кислотными сбросами глазами. Смотреть на эти белесые бельма правда страшно. Такие рыбы потомство оставлять не могут, поэтому собственно мутантами их назвать нельзя. Травмированные рыбы просто доживают свой век и погибают.

А есть рыбу из Москвы-реки вообще можно?

Все зависит от количества. Если раз в месяц съесть одну-две рыбки, то никто от этого не умрет. У человека на всякую гадость запас прочности большой. Если этой рыбой питаться регулярно, то заболевания гарантированы. Там и металлы тяжелые, и токсичные вещества.

— Вы сказали, что в верхнем течении Москвы-реки есть бобры, норки. Бобры же строят плотины, заболачивают реки. Как все это согласуется с жизнедеятельностью города?

Если глубина воды приличная, то бобрам нет необходимости что-то заболачивать, строить плотины и прочее. Они там просто живут, строят норы и никаких с ними проблем. Но бывает, что воды маловато, как на притоке Москве-реки — Химке. Они туда проникли с Москвы-реки, построили плотину, подняли уровень воды, питаются околоводными деревьями, едят иву и ольху. В таком случае, конечно, пребывание бобров нежелательно. Для города крупные животные, будь то бобр или кабан с волком, нежелательны. Самое разумное — их отлавливать и вывозить за пределы Москвы.

— А какая экологическая ситуация в других европейских мегаполисах? Я знаю, во многих городах реализуется программа восстановления речных экосистем…

Это действительно так. Такие программы работают в Англии, Германии, Италии, Испании. В городах Евросоюза не только очищают реки, но и вскрывают реки, которые раньше были замурованы под землей, как у нас Неглинка. В Европе восстанавливают естественный природный режим таких рек. Главное, что благоустройство там начинают не с наведения красоты, создания приятной картинки, а с очистки воды, восстановления речных экосистем. Этому нам стоит поучиться.