«Артистам надо работать»

Город
Фото: архив пресс-службы

Директор Театра на Таганке Ирина Апексимова в День города устраивает в саду «Эрмитаж» «Театральный марш». МОСЛЕНТА поговорила с ней о том, что это за фестиваль, чем будет жить легендарный театр в начинающемся сезоне и о том, зачем актеры и режиссеры должны принюхиваться друг к другу.

— В День города вы проводите в саду «Эрмитаж» «Театральный марш». Что это такое и какие театры в нем участвуют?

Это фестиваль профессиональных театров, которые выходят на улицу. Не уличных театров, а тех, что постоянно работают в помещении и только в этот день дают спектакли на свежем воздухе. Идея заключается в том, чтобы в течение дня — с утра до вечера — показать людям лучшие премьеры прошлого сезона. Ведь какие-то люди не знают о существовании театров вообще, другие знают, но в них не ходят — или по экономическим причинам, или из-за большой занятости. И мы хотим их увлечь, убедить, заинтересовать. Даже если один процент посетивших фестиваль зрителей потом отправится в театр — это уже будет большая победа. В этом году в марше впервые участвуют Детский музыкальный театр имени Сац и Новая опера; будут любимцы публики — Андрей Бартенев, Центр имени Мейерхольда, «Балет Москва». Liquid театр делает спектакль, посвященный Великой Отечественной войне, и премьера его будет именно на фестивале. Совместно с театром «Практика» мы выпускаем премьеру Эдуарда Боякова. Я не всех еще назвала — будет и Театр Образцова, конечно, и Театр на Таганке впервые выйдет в сад «Эрмитаж».

— В прошлые годы проект назывался «Театральный демарш». Почему он стал маршем?

Потому что раньше это был фестиваль, который закрывал театральный сезон. А в этом году мы сезон начинаем с фестиваля. Так что это как призыв — «марш в театр!».

— Фестиваль на свежем воздухе всегда находится под угрозой из-за «нелетной» погоды. Что вы будете делать, если весь день будет дождь?

Во-первых, мы уже люди опытные — у нас есть и дождевики, и пледы — этим всем мы запаслись. А во-вторых — наше счастье, что фестиваль будет происходить в рамках Дня города. Я практически уверена, что дождя не будет.

— После фестиваля-праздника наступят рабочие будни. Чем будет заниматься в этом сезоне Театр на Таганке?

Мы открываем сезон в помещении Театра киноактера и будем показывать там наш репертуар — те спектакли, что шли на основной сцене театра — до тех пор, пока в старом здании идут ремонтные работы. А в здании на Поварской, 20, где разместятся спектакли Малой сцены, мы начинаем проект «РКПС» — «репетиция, которая превращается в спектакль». Это режиссерская лаборатория. Режиссеры приходят и предлагают нам пьесы, мы утверждаем, дальше мы распределяем артистов, и после репетиций, что идут примерно неделю, мы выходим с этим на зрителя.

И зритель — ну не только зритель, конечно, ведь будет экспертный совет из театральных критиков — будет решать, посмотрев такую черновую репетицию, стоит ли дальше давать жизнь этой постановке. Первый такой показ будет 1 октября — четыре читки подряд. Если из пятидесяти таких черновых репетиций увидят свет восемь спектаклей — это будет уже прекрасно. И это должно быть интересно зрителю — немногие театры показывают публике то, что происходит за кулисами, момент подготовки спектакля. А мы как раз выносим на зрителя этот рабочий момент.

— Как долго будет длиться ремонт? И — это текущие работы или вы хотите что-то концептуально поменять в пространстве театра?

Нет, ни в коем случае. Во-первых, мы ничего не имеем права менять — это памятник. Во-вторых, и желания такого нет. Мы только хотели бы добавить какое-то количество служебных помещений, гримерок — их изначально было слишком мало. А ремонт сейчас несет противоаварийную функцию, потому что, если вы пройдете по театру, вы увидите — где-то провалился пол, где-то проблемы с пожарной сигнализацией, с электричеством и так далее. Как сказал наш министр культуры Москвы Александр Владимирович Кибовский, малая сцена должна открыться 1 октября, а большая сцена — 1 декабря. Дай бог, чтобы это случилось. Люди работают круглосуточно, но в процессе работы все время выясняется, что нужно сделать что-то еще. Что-то, чего нельзя было запланировать до того, как начался ремонт.

— Останутся ли в репертуаре спектакли Юрия Любимова?

Мы открываем сезон как раз его спектаклями. Надеемся оставить их в качестве наследия, если эти спектакли еще в состоянии существовать и привлекать зрителя. Не знаю, может быть, не все из них останутся (у меня не было еще возможности посмотреть, в каком они состоянии — их не было, когда я пришла в марте). Именно поэтому мы ставим сейчас подряд все любимовские спектакли для того, чтобы проверить, как они смотрятся. Конечно, к 100-летию Юрия Петровича (сентябрь 2017 года — прим.МОСЛЕНТЫ) они должны идти. За самыми легендарными из них — такими, как «Добрый человек из Сезуана» — присматривает Анатолий Исаакович Васильев, старейший актер театра, который еще при Юрии Петровиче был вторым режиссером. Он работает с 1964 года в этом театре, и он очень кропотливо, очень точно старается держать спектакли в хорошей форме.

— До назначения директором Театра на Таганке вы три года были директором Театра Романа Виктюка. Что, как вам кажется, вам удалось и что не удалось сделать на том посту?

Мне удалось вернуть Театр Романа Виктюка в Москву. Сделать его из кочующего по стране театра театром московским. Кому-то напомнить, а кому-то заново рассказать, что существует такой авторский театр, дать этому театру помещение — ремонт бывшего Клуба коммунальщиков, спроектированного когда-то Константином Мельниковым, его «Дома солнца», памятника архитектуры, прошел в кратчайшие сроки. Сделать за два с половиной года шесть новых спектаклей. Привести эту труппу в нормальное экономическое состояние, начать продавать билеты по-честному, через электронный портал. Что мне не удалось? Мне не удалось привести в этот театр интересную режиссуру, — понятно, что это театр Романа Григорьевича Виктюка, но я всегда была уверена, что должны работать и его ученики-режиссеры, которые несут эту традицию. И мне не удалось привлечь в этот театр артистов — артистов известных, артистов, которые с ним когда-то работали, артистов, которых он породил как артистов.

— Последнее время Театр на Таганке гремит не творческими событиями, а разборками и скандалами. Что вы собираетесь делать для того, чтобы изменить атмосферу в коллективе?

Я собираюсь делать ре-пер-ту-ар. Делать новые спектакли. Единственный способ изменить атмосферу в театре — дать людям возможность работать. Хорошо и интересно работать. Поэтому я делаю режиссерскую лабораторию, в которой артисты тоже будут участвовать в принятии решений. Мне кажется, очень неверно навязать труппе режиссера и сказать: делайте спектакль. Мне хочется, чтобы и режиссеры, и актеры как бы друг к другу принюхались, что ли. Чтобы актеры решили: да, нам интересно работать над этим материалом с этим режиссером. А режиссеры бы сказали: мне нравятся вот эти артисты, а вот тут, может быть, давайте мы что-то поменяем. Чтобы это был процесс, в котором все бы жили и создавали театр вместе. Потому что актеры начинают протестовать и что-то говорить только тогда, когда они ничего не делают. Артистам надо работать.

— Какие у вас отношения с театром «Содружество актеров Таганки»? Вы недавно сделали совместный проект — может быть дальше какое-то движение к объединению?

«Содружество актеров Таганки» — уже очень давно отдельно существующий театр. У нас с ним отношения как с любым другим московским театром. Что нас связывает более чем со всеми другими театрами — это коммуникации. Мы дружим. Мы вместе провели Ночь Высоцкого в саду «Эрмитаж». Но сейчас это две совсем разные труппы, идущие в двух разных направлениях.

— Что, в принципе, нельзя делать директору и худруку?

Опускать руки. И когда слышишь слово «нет» — думать, что оно не может превратиться в «да».

Анна Гордеева

Читайте также