Как успокоить психа на улице

Город
Фото: Сергей Фадеичев / ТАСС

В рамках всероссийского проекта «Научись спасать жизнь!» МЧС запускает курсы психологической помощи для населения. МОСЛЕНТА побывала на курсах и выяснила, как хомяк может помочь в экстренной ситуации и чего нельзя говорить человеку со вспоротым животом.

— Девушки, кто хочет получить рану плеча? А кто хочет лежать без сознания с травмой головы?

— Огласите весь список!

— Нужен человек с истерией. Еще человек с агрессией.

Так в конце августа в Центре экстренной психологической помощи МЧС проходили недельные курсы инструкторов по первой помощи и психологической поддержке.

На курсы пригласили студентов психфака МГУ. Такой эксперимент в Москве проводится впервые — обученные студенты будут готовить инструкторов из числа других студентов. Но и это еще не все — МЧС уже договорилось с МГУ и несколькими другими вузами о том, что на базе их психологических факультетов будут открыты курсы первой психологической помощи для населения.

Это значит, что любой желающий сможет прийти на эти курсы. Занятия будут во многом повторять инструкторские курсы в МЧС. А это ощущения не для слабонервных.

— У кого нет роли?

— У меня!

— Хорошо, у тебя будут вспороты кишки. А Ася что делает у нас?

— Так я же с травмой головы лежу без сознания!

— А Дима?

— Я агрессивный.

— Марина, плачь! Плачь! Садись на пол и истошно рыдай! Товарищи страдающие, приступайте к страданиям!

Dbb0c5299b8a29fb1940c187004a17e5b359fe5c

Во время командно-штабной тренировки главного управления МЧС по Москве

Фото: Руслан Кривобок / РИА Новости

В аудитории поднимаются истошный вой и ругань. Половина студентов изображает жертв. Задача второй половины курсантов — успокоить страдающих и оказать им посильную помощь.

Ведущий психолог Центра экстренной психологической помощи МЧС Анна Соколова объясняет — можно было бы ограничиться одной теорией. Но теория без практики в общении с психически неадекватными людьми помогает мало.

Человек со вспоротым животом — он всегда неадекватен. Самая большая ошибка — сказать ему: «Все будет хорошо!».

— Человеку, допустим, оторвало руку или ногу во время теракта, он лежит в переходе весь в крови, вы к нему подходите и говорите: «Все будет хорошо!» или «Все хорошо!». От такой поддержки он еще больше впадет в стресс — в этих ситуаций подобные фразы звучат как издевательство. Он же видит, что все не хорошо! И неизвестно, что с ним дальше будет, — объясняет научный сотрудник ЦНИИ ОИЗ Минздрава РФ Геннадий Неудахин.

Геннадий Владимирович проработал на «скорой помощи» в Москве 15 лет. Неадекватных больных видел немало.

Самый красочный случай — жена подавилась костью, пока «скорая» ехала, муж начал стучать ей кулаком по спине, перешиб позвоночник и убил. Когда «скорая» приехала, оказывать помощь надо было уже мужу. Причем психологическую.

В неадекватное состояние может впасть любой, говорят психологи МЧС. Чаще всего это происходит в результате травмы или после того, как человек стал жертвой преступления. Самый сложный случай — массовые ЧП с человеческими жертвами, особенно теракты.

0f110c307ecd7d6452474369e405aea432084d61

Психологи МЧС и пострадавшая

Фото: Виталий Аньков / РИА Новости

Основные типы неадекватного поведения описаны в практическом пособии «Экстренная психологическая помощь» — это пособие будут раздавать слушателям курсов для населения. Да и сейчас уже раздают населению в ходе различных просветительских мероприятий.

Всего существует шесть основных реакций. Самая распространенная — истероидное поведение, когда человек кричит и плачет. Оказать помощь себе самому, если вы вдруг впали в это состояние, практически невозможно: «В этот момент человек находится в крайне взвинченном состоянии и плохо понимает, что происходит с ним и вокруг него», написано в брошюре.

Оказать помощь другому без участия специалиста тоже очень сложно. По возможности надо увести человека от толпы в уединенное место. А главное — не кричать на него, не говорить: «Возьми себя в руки!», «Так нельзя!», не обливать водой и не совершать прочих неожиданных действий. К человеку, впавшему в истерику, нужно отнестись с пониманием: «Помните, что истероидные проявления — это нормальная реакция на ненормальные обстоятельства», сообщает пособие.

Студент психфака Андрей Ралдугин рассказывает: люди в неадекватном состоянии попадались ему уже не раз. То ли случайность, то ли угадывают подсознательно в Андрее будущего психолога.

— Однажды на остановке пожилой мужчина подошел весь в крови — выяснилось, что он недавно из больницы, после операции, шел по улице, ему стало плохо, он упал и головой ударился, — рассказывает Андрей.

Неизвестно, сколько бы еще ходил по улицам Москвы окровавленный мужчина, если бы Андрей не вознамерился оказать ему первую помощь.

— С большим трудом удалось узнать, где он живет, — из-за стресса он не мог говорить и постоянно плакал, — вспоминает Андрей.

На курсах тоже нелегко, признались студенты.

— Подходишь к человеку со вспоротым животом и не знаешь, что ему сказать позитивное, — объясняет студент Паша. — Сказать, что все нормально? А он посмотрит вокруг — кругом трупы и кричащие люди. Что же тут нормального? Все эти игры — это тяжко.

Позитивным в разговоре с человеком со вспоротым животом может, как ни странно, оказаться хомячок. Надо спросить пострадавшего:

— А не забыл ли ты покормить хомячка?

И человеку со вспоротым животом сразу захочется жить, потому что если он умрет, то кто же будет кормить бедолагу грызуна?

— Кишочки придерживаем, выходим, гуляем! — скомандовали инструкторы.

На практических занятиях объявили перерыв на десять минут. Студенты поправляли рваные и резаные раны из резины, примотанные к разным частям тела.

Геннадий Неудахин вспоминает свою практику — нередко при тяжелых травмах больной впадает в такую истерику, что к нему даже бывалая бригада врачей подходить боится.

Fdad4d0d19981c913d639f6ee57bf162b466c968

Учения МЧС по спасению людей, тушению пожара и ликвидации последствий ДТП в Лефортовском тоннеле

Фото: Артем Коротаев / ТАСС

— Или, допустим, приезжаем по вызову, парень вены перерезал и сидит с ножом. Нас увидел и говорит: «Я вас зарежу!». Разве это не страшно? Страшно. А ведь этот человек может сидеть у вас с ножом на лестничной клетке. Еще хуже, когда неадекватная реакция случается с родственниками больных или пострадавших — они, не будучи ранеными, могут всю бригаду врачей кулаками уложить на асфальт при желании.

— Особенно часто приходилось с такими случаями сталкиваться во время ДТП, — вспоминает Геннадий Неудахин. — Родственники начинают отгонять врачей, кричать: «Вы все делаете неправильно, уезжайте отсюда!».

Главное правило подготовки будущих инструкторов гласит — прежде, чем оказывать помощь неадекватному человеку, убедись в собственной безопасности. Впрочем, как в этом убедиться, не знают даже сами психологи.

— Опасен не столько псих, сколько нормальный человек: ты ему оказываешь помощь, он вполне адекватен, и вдруг — раз! — него в голове что-то переклинило, — рассказывает Геннадий Неудахин.

Вторая проблема — равнодушие. За последние четверть века россияне то ли зачерствели, то ли просто разучились оказывать друг другу первую помощь.

— Большинство людей не знают, что делать с человеком, который упал в переходе метро и лежит без сознания. Поэтому проходят мимо. Цель нашего проекта «Научись спасать жизнь!» как раз и состоит в том, чтобы обучить россиян азам первой помощи — и физической, и психологической, — объясняет психолог Центра Микаэла Толмач.

В МЧС даже провели эксперимент — во время лекции по безопасности в одной из организаций девушка неожиданно «упала в обморок». Из тридцати мужчин, сидящих в аудитории, к ней кинулись только двое — остальные так и остались сидеть с открытыми ртами.

— Да, это нежелание, низкий уровень социальной ответственности, страх ответственности, если что-то сделаешь не так, неумение оказывать первую помощь. Во многих городах Европы в трамваях висят плакаты с алгоритмом действий в такой ситуации. У нас в метро только недавно появились билборды про инсульт — и это уже хорошо, — говорит Геннадий Неудахин.