Курс на дегуманизацию

Город
Сергей Смирнов
главный редактор Медиазоны

Марата Гельмана выселили с «Винзавода» после аукциона в поддержку узников 6 мая. Руководитель «Винзавода» София Троценко возражает и настаивает, что речь идет о нецелевом использовании галереи. В галерее это не первое мероприятие, несвязанное с искусством: у Гельмана работала политическая площадка для лекций, там была дискуссия Антона Носика и Аркадия Бабченко по поводу Сирии.

Единственным мероприятием, вызвавшим ответную реакцию, стал именно аукцион в поддержку осужденных за столкновения с полицией 6 мая 2012 года на Болотной площади в Москве. Прокремлевские активисты вывесили напротив галереи Гельмана баннер, что-то там про сбор денег на беспорядки и ИГИЛ.

Аукцион в этом году столкнулся с большими сложностями. Первая попытка его провести фактически провалилась. Участковый пришел в клуб, где планировалось мероприятие, и пригрозил хозяевам большими проблемами. Дальнейшее развитие событий напоминало разгон несанкционированной акции протеста: участники аукциона перемещались по Москве, за ними ездил ОМОН. Удалось продать всего лишь несколько лотов, потом было принято решение разойтись и провести сбор денег заключенным в другой раз.

Я вел аукцион и в этом году, и в прошлом, могу сравнивать. В этом году был минимум известных политиков, у зрителей было немного денег. Хотя в галерее Гельмана и собрали 200 тысяч рублей, но по ходу торгов было видно, что благосостояние сочувствующих заключенным падает. В конце концов 200 тысяч рублей — это всего лишь три тысячи долларов сейчас, можно просто посчитать, сколько выйдет на десяток семей заключенных. Поддержка в значительной степени символическая, денег хватит на несколько месяцев скромных передач.

П
Просто усталость, фрустрация, кто-то эмигрировал

В ситуации с аукционами важнее понять, почему следует такая реакция властей, откуда она идет. Почему никто не может или, скорее, не хочет одернуть силовиков. С ними все понятно — они выполняют приказ. Но почему им такие распоряжения отдаются?

Запугать сторонников оппозиции? Да перестаньте, здесь все зачищено, бояться некого. Может быть, интеллигенцию, чтобы она массово не перешла на сторону оппозиции? Тоже нет, в прошлом году народу на аукционе было больше, на концерте «Рокузник» в 2013 году в кинотеатре «Мир» еще больше. Так что здесь тоже очевидный спад, никаких перспектив. И ведь тогда никаких санкций в отношении музыкантов, которые подержали эту акцию, не было, как и репрессий против тех, кто пришел на концерт. Просто усталость, фрустрация, кто-то эмигрировал. Многие себя и окружающих убеждают, что прошла амнистия и большинство заключенных по событиям 6 мая уже на свободе.

Объяснение по-настоящему только одно — общий курс на дегуманизацию. Здесь и новый законопроект о применении спецсредств по отношению к заключенным, который правозащитники называют «законом садистов». И ухудшение ситуации с жалобами на избиения и условия содержания в тюрьмах. Потому что теперь на жалобщиков заводят уголовные статьи о ложном доносе. Здесь и увеличение количества арестованных — московские СИЗО переполнены. Власть дает силовикам четкий сигнал: никакой слабости, давайте без гуманизма. Мы в кольце врагов. Сложное время требует жестких решений.

Н
Не будет никакого нового доктора Гааза, который в жестоком российском XIX веке смог добиться чуть ли не в одиночку изменения отношения к арестантам. Не будет новой Екатерины Пешковой, которая вытаскивала людей из тюрьмы даже в страшные 1930-е годы

Каналы влияния на силовиков со стороны граждан резко сокращаются. Власть обеспечивает сотрудников различных ведомств более комфортными условиями, раз не может повысить зарплату. Такой процесс легко запустить, но тяжелее остановить. Чиновник вряд ли посчитает себя ниже силовиков — он тоже постарается избавиться от контроля надоедливых жалобщиков. Позже недоумение будут вызывать независимые благотворительные инициативы. Не будет никакого нового доктора Гааза, который в жестоком российском XIX веке смог добиться чуть ли не в одиночку изменения отношения к арестантам. Не будет новой Екатерины Пешковой, которая вытаскивала людей из тюрьмы даже в страшные 1930-е годы.

Символично, что как раз во время написания колонки стало известно о планах Следственного комитета отправить в СИЗО 58-летнюю Наталью Шарину, директора Библиотеки украинской литературы в Москве. Только за то, что в ее библиотеке хранилась книга из списка экстремистских материалов. Причем ее автор — Дмитрий Корчинский — десять лет назад учил на озере Селигер молодых лоялистов проведению уличных акций. Возможно, это были как раз те, кто вывешивал баннер против аукциона в поддержку политзаключенных. Процесс дегуманизации коснется всех рано или поздно.