Что улучшить в поликлинике

Город
Фото: Виталий Аньков / РИА Новости

ЕДОК — Единый день общественного контроля за здравоохранением — проводится в Москве ежегодно. В этот раз в список проверяемых попали 100 медицинских учреждений. Вот только общественных контролеров на все запланированные медучреждения не хватило. В этом году в контролеры записались 74 человека — в основном депутаты, правозащитники, журналисты. МОСЛЕНТА приняла участие в этом рейде.

«Если проверяющий бывалый, какой-нибудь депутат, то он может и один пойти. А новичков мы прикрепляем к тем, кто с опытом», — объяснил председатель Комитета за гражданские права, член Совета при президенте РФ по правам человека и развитию гражданского общества, депутат Совета депутатов района Отрадное Андрей Бабушкин.

К Бабушкину меня и прикрепили. Нам предстояло проверять поликлинику №107 в Отрадном на улице Декабристов.

— Поликлиника образцовая, — успокаивал Бабушкин, стоя на ступеньках медучреждения, — я ее уже восемь раз проверял.

17179376fe5ed8682ea9ff4cb3acc2c7856bff51

Поликлиника №107 в Отрадном

Фото: gp107.svaomed.ru

Но, как выяснилось, предыдущие проверки были много лет назад, руководство в поликлинике уже успело смениться, и, главное, охранять медучреждение поручили свирепому чоповцу по фамилии Гук.

Стоило нам появиться на пороге поликлиники, как к нам тут же сбежалось руководство медучреждения. Атаку начал Гук:

— Покажите разрешение департамента здравоохранения на проведение проверки!

Мы с Бабушкиным отчаянно показывали наши бейджи, на которых большими красными буквами значилось: «НАРОДНЫЙ КОНТРОЛЬ». Дальше шла информация о Едином дне общественного контроля здравоохранения Москвы. У каждого контролера на бейдже была указана фамилия и номер паспорта.

Вся эта информация ничуть не успокоила Гука, напротив, он требовал немедленно покинуть помещение. Руководство поликлиники встало на его сторону. Ответственная за пожарную безопасность и охрану труда Светлана Шмакова предположила:

— А может вы террористы? Нас все время предупреждают, что могут прийти террористы или какие-нибудь НКО.

На НКО, судя по всему, мы были не похожи. Еще пять минут — и нас бы выкинули из поликлиники. Но на помощь нам пришла полиция — на вызов депутата Бабушкина прибыл целый наряд. После вмешательства сотрудников правоохранительных органов отношение со стороны руководства медучреждения резко изменилось на прямо противоположное.

И проверка началась. Первое нарушение мой наставник выявил во дворе поликлиники — оказалось, что место на стоянке для инвалидов выделено всего одно (вместо положенных двух). Но самое интересное, что проехать к нему ни один инвалид все равно не может, потому что вся территория стоянки огорожена, и никого, кроме персонала поликлиники, на машинах сюда не пускают.

В холле пациенты возмущенно тыкали пальцами в электронное табло, пытаясь взять талончик к специалисту, — табло предлагало, например, записаться на прием к хирургу через две недели.

5389cd3bfeb9014ad72285321656912938b67db0
Фото: Евгений Самарин / РИА Новости

«То есть две недели ждешь — если не помер, то молодец!» — зло шутил пожилой мужчина. Талон к хирургу он решил в итоге не брать.

В наихудшем положении в нынешний период оптимизации оказались лежачие больные. Как рассказала нам в холле соцработник, бесплатных памперсов для лежачих инвалидов в социальной службе нет уже месяц. А когда они появляются, толку мало — потому что в рамках импортозамещения Москва больше не покупает заграничных памперсов, а покупает наши, отечественные, которые почему-то упорно не хотят ничего впитывать.

С медициной тоже беда — специалисты на дом к лежачим больным теперь практически не ходят, пожаловалась соцработник.

— Даже кардиограмму сделать на дом теперь не выезжают. Говорят — если вам плохо с сердцем, вызывайте скорую, пусть они вам делают кардиограмму. Просто скажите им, чтобы они вам эту кардиограмму оставили на дому, — поделилась соцработник.

Руководство поликлиники жалобы соцработника тут же назвало клеветой и пообещало подать на соцработника в суд:

— За это надо привлекать! Пойдемте в 406-й кабинет — у нас там переносной кардиограф, — кипятилась заведующая первым терапевтическим отделением, врач высшей категории Елена Абрамова.

В 406-м кабинете мы обнаружили целую кипу сегодняшних кардиограмм.

— И сколько надо ждать? — уточнил Бабушкин.

— Нисколько! Прямо сразу выезжаем, да, прямо сразу!

Одного электрокардиографа хватает на всех больных. А обслуживает поликлиника №107 три процента населения столицы.

— А чего не хватать? Они на машине, — убеждала нас Елена Абрамова.

Мы пошли по коридорам, задавая всем больным одни и те же вопросы — все ли им нравится в поликлинике и что стоит улучшить?

Многие больные оказались всем довольны. Но и недовольные тоже встречались.

— У меня были камни в почках, я пошла к урологу, ничего у меня не нашли, хотя сделали УЗИ. Я поехала лечиться в санаторий. Хороший санаторий, президентский. Мне там сразу поставили правильный диагноз! — пожаловалась одна из пациенток.

Врачи поликлиники и тут нашли, что ответить — мол, в платной медицине каких только диагнозов ни поставят! Верить платным врачам нельзя. Раз в бесплатной не нашли камни, значит, их и не было.

Однако пациентка оказалась очень вредной, и продолжала выводить московское здравоохранение на чистую воду:

— Я пенсионерка, пошла в стоматологию, а там с меня за какой-то металлический штырек содрали шесть сто! А за депульпирование каждого зуба — по полторы тысячи!

— Ну что поделать, не все же входит в ОМС, — сочувственно всплеснуло руками руководство поликлиники.

Бабушкин объяснил ситуацию — стоящую рядом стоматологию «незаконно приватизировали, она теперь вроде бы частная, но при этом продолжает оказывать бесплатные услуги по ОМС».

E1f02943903e72b2bf60fa37da7c710bb62c61ff

Андрей Бабушкин

Фото: личная страница Андрея Бабушкина в Facebook

Кстати, в самой поликлинике №107 тоже есть отделение платных услуг. Там мы не встретили ни одного человека. По словам врачей, для москвичей в Москве все бесплатно, а платно лечатся одни только приезжие.

— Таджики, — уточнила Елена Абрамова.

Возвращение на «бесплатную» территорию ознаменовалось новыми жалобами. Многие больные были взволнованы и напуганы.

— У нас ведь лабораторию в поликлинике закрыли. Теперь кровь из вены здесь берут, а из пальца — надо ехать черт знает куда сдавать, — жаловались пациенты.

— А зачем вам кровь из пальца сдавать? Ну зачем? Сейчас общий клинический анализ крови берется из вены. Вы ничего не знаете, только всех пугаете, — доказывала Елена Абрамова.

Но больные не успокаивались. Выяснилось, например, что раньше здесь было отделение ЛФК, но в целях оптимизации его сократили. Кроме того, убрали медсестер, и теперь после приема у врача надо сидеть в очереди к дежурной медсестре.

— А так как медсестра у них на этаж одна, а врачей много, то все мы, больные, стекаемся к одной медсестре. Приходится в очереди к медсестре сидеть по сорок минут, — возмущалась больная.

Dd8b7187af9d7f2c104538fc5a8390a609ee5d20
Фото: Слава Алахов / ТАСС

Только мы пошли от недовольных граждан дальше по коридору, руководство поликлиники взялось опровергать и эти жалобы:

— То, что она там сорок минут ждала, это чистой воды вранье, — уверяла Елена Абрамова.

Но на этом недовольные больные все никак не кончались. Молодой человек пришел к терапевту с жалобой на боли в животе.

— Она мне сказала — иди домой, у тебя все нормально, надо просто меньше есть. Хотя я требовал направить меня на анализы и на УЗИ, — возмущался молодой человек.

Он пошел к платному врачу, заплатил за анализы 30 тысяч рублей.

— И чего? — поинтересовалось руководство.

— Чего? Фиброз печени!

Конечно, платная медицина — она чего только ни найдет, снова объяснили врачи. Платной медицине палец сунь — она всю руку откусит.

Прощание с поликлиникой проходило в теплой дружеской атмосфере.

— Вы уж зла на Гука не держите. Он все-таки единственный мужчина у нас, военный, — просило руководство.

— А зачем какая-то дама меня, депутата, обозвала террористом!? — возмущался Бабушкин.

На следующий день ему предстояло ехать проверять поликлинику в Зеленограде: из-за нехватки общественных контролеров Единый день контроля 4 сентября растянулся на три дня. В итоге проверили 85 учреждений — начиная от здравпунктов на вокзалах и заканчивая психиатрическими больницами.