«И карабкается замороженный дядя на пылающую крышу…» Как работали, что и кого спасали от огня московские пожарные
Когда звонил колокол
С небольшими пожарами москвичи управлялись при помощи кадок с водой, багров и топоров. Но с бедствием, разразившимся в сентябре 1812 года, после прихода в Первопрестольную французских войск, справиться не сумели. Да и кто бы смог, если пламя вставало многометровое, бешеное! О том — старинная песня «Он». Ее герой — Наполеон, застигнутый пожаром:
Кипел, горел пожар московский,
Дым расстилался по реке.
На высоте стены кремлевской
Стоял Он в сером сюртуке.
Он видел огненное море.
Впервые полный мрачных дум,
Он в первый раз постигнул горе,
И содрогнулся гордый ум!..
Обезумевший «красный петух» метался по Москве несколько дней. Из 9 тысяч 158 жилых домов было уничтожено 6 тысяч 532, из 8 тысяч 521 лавки — 7 тысяч 153, из 329 церквей — 122. Сгорел университет с его архивами, коллекциями, библиотекой, а также многие усадьбы с бесценными собраниями произведений искусства. А сколько народу сгинуло — не счесть!
Репродукция гравюры Фабера дю Фора «Выезд Наполеона из Москвы через Калужскую заставу 7 октября 1812 года», из коллекции ГМИ
© Автор: РИА Новости
В середине XIX века в Москве было образовано двадцать пожарных частей. Тамошних служивых — их поначалу называли огневщиками — набирали из бывших солдат, позже — из крестьян и горожан.
Именовались части по районам размещения: Арбатская, Тверская, Таганская, Басманная, Преображенская, Хамовническая, Пречистенская, Сокольническая. Кстати, в двух последних и сегодня размещаются пожарные части.
В ослепительном зареве
Отдельный разговор — о пожарных каланчах, которые начали строить в Москве еще в конце XVIII века. С их высоты всю приземистую Москву было видно как на ладони. Узрели зоркие наблюдатели, в каком уголке задымило, сразу били в сигнальный колокол: «Кончай ночевать, ребята! В Китай-городе полыхнуло!» Или: «Братцы, кажись, на Остоженке занялось!»
Несколько каланчей-раритетов дожили до наших дней — они, в частности, стоят на Русаковской, Николоямской и Селезневской улицах, в Петровско-Разумовском проезде. Но службу уже не несут — дремлют по-стариковски.
Громыхали по булыжным мостовым пожарные обозы во главе с брандмейстером, да так, что стекла в домах дрожали. Впереди верховой, дующий что есть сил в медную трубу: «Расступись, народ честной!» Ночью он, как сказочный герой, скакал с факелом, рассыпающим вокруг искры.
Со всех ног бежали зеваки смотреть на пожар — как на развлечение. Одни, глупые, зубоскалили, другие, милосердные и набожные, молились за людей, мечущихся в ослепительном зареве.
Пожарная каланча Хамовнического полицейского дома включена в ансамбль Хамовнических казарм. Возведена в 1813 году
© Фото: РИА Новости
Известный бытописатель Владимир Гиляровский, сам в молодые годы работавший пожарным, знал не понаслышке, как нелегок хлеб людей в сверкающих касках: «Каждый пожарный — герой, всю жизнь на войне. Каждую минуту рискует головой. А тогда в особенности: полазь-ка по крышам зимой, в гололедицу, когда из разорванных рукавов струями бьет вода, когда толстое сукно куртки и штанов (и сухое-то не согнешь) сделается как лубок, а неуклюжие огромные сапожищи, на железных гвоздях для прочности, сделаются как чугунные. И карабкается такой замороженный дядя в обледенелых сапогах по обледенелым ступеням лестницы на пылающую крышу и проделывает там самые головоломные акробатические упражнения…»
Со временем появлялась у пожарных специальная техника — ее выпускал завод Густава Листа. Огнеборцев оснастили лестницами, пожарной сигнализацией, автомобилями. Большим подспорьем стал появившийся в городе водопровод.
Когда пламя славно забирает…
Сколько было в Москве больших пожаров — не счесть. Остался в истории случай, когда, по словам Александра Герцена, 190 лет назад, 11 июля 1834 года «выгорело Лефортово». Он писал в своей автобиографической хронике «Былое и думы»:
«Целый полукруг домов пылал, точно будто все они загорелись в одно время. Пожар разрастался с невероятной скоростью…
Я остался на террасе. Камердинер смотрел с каким-то нервным удовольствием на пожар, приговаривая: “Славно забирает, вот и этот дом направо загорится, непременно загорится”.
Московская пожарная команда на автолинейке выезжает на вызов
© Фото: РИА Новости
Пожар имеет в себе что-то революционное, он смеется над собственностью, нивелирует состояния…»
В марте 1853 года несчастье случилось с Большим театром. Как сообщала газета «Московские ведомости», «прекратить огонь и даже ослабить силу его не было никакой возможности, и вся внутренность здания театра, кроме боковых зал в бельэтаже и комнат в нижнем этаже, в каких помещались контора, касса и буфет, полностью сгорела».
В декабре 1901 года в здании едва выстроенного «Метрополя» на углу Охотного Ряда и Театральной площади сильно задымило. Протоиерей Бухарев узрел в разгоревшемся пожаре Божье наказание: за то, что на картинах и барельефах отеля были изображены обнаженные женщины.
Впрочем, многие подозревали умышленный поджог. Между прочим, за год до того, в ноябре 1900-го, на Петровке сгорел знаменитый универмаг «Мюр и Мерилиз» — будущий ЦУМ. Тут было неведомо, кто подпалил.
Шли годы, менялись времена. Но пожары неумолимо возникали — в том были виновны и природа, и люди, которым свойственно разгильдяйство и нарушение правил.
В марте 2004 года запылал Манеж. Это было невероятное, почти мистическое зрелище, которое транслировали по телевизору, снимали тысячи фотоаппаратов и камер. Столб пламени был таким высоким, что казалось, пожар простирает свои жадные длани к стоящему по соседству зданию университета на Моховой.
Пожар в здании выставочного комплекса «Манеж». Пожару была присвоена пятая, высшая категория сложности. Его удалось потушить только к утру следующего дня. Во время тушения погибли двое пожарных
© Фото: Николай Мазалов / Коммерсантъ
Университет, однако, уцелел. Манеж же, выстроенный через пять лет после знаменитого пожара Москвы 1812 года, сгорел дотла. Но вскоре его восстановили — по старинным чертежам. Однако уже никто не вспоминал, почему погибло уникальное архитектурное творение…
Ищут пожарные, ищет милиция
Нельзя не помянуть благодарным словом пожарных времен Великой Отечественной. Летом и осенью первой военной годины экипажи красных автомобилей спешили на укрощение огненных смерчей, возникавших после налетов немецкой авиации. Противопожарная служба Москвы ликвидировала более 15 тысяч пожаров и спасла больше 46 тысяч человек.
Портрет героя-пожарного Ивана Линяева оставил писатель Борис Лавренев: «Однажды фугасная бомба, брошенная на улицы столицы, завалила бомбоубежище, в котором укрылись мирные люди. В момент взрыва Линяева осколком обрушившийся стены ранило в ногу. Но он ни на мгновенье не покинул боевого поста, руководил спасательными работами, помогая вытаскивать из завала женщин, стариков, детей…» Таких людей в годы Великой Отечественной было немало.
Великая Отечественная война, 1941-1945 годы. Пожарные борются с огнем
© Фото: Давид Трахтенберг / РИА Новости
В стихотворении Самуила Маршака «Рассказ о неизвестном герое» есть такие слова:
Ищут пожарные,
Ищет милиция,
Ищут фотографы
В нашей столице…
Герой стихотворения — молодой человек, спасший на пожаре девочку. Он благородный, сильный, смелый. И очень скромный: сделал свое дело — и умчал на трамвае. Так и остался безвестным:
Среднего роста,
Плечистый и крепкий,
Ходит он в белой
Футболке и кепке,
Знак ГТО
На груди у него.
Больше не знают
О нем ничего….
Времена меняются. Но время героев не проходит. Напротив 13-й специализированной части по тушению крупных пожаров Федеральной противопожарной службы на Дмитровском шоссе стоит памятник Герою России полковнику внутренней службы Евгению Чернышеву.
Он участвовал в тушении почти 250 пожаров, в том числе больших, опасных: на заводе «Серп и молот», на Останкинской башне, в главном здании МГУ, в Манеже.
![](/thumb/60x0/filters:quality(75)/imgs/2024/07/12/12/6531009/3b3470c936f1b796723585670ce224d0df56da49.jpg)
![](/thumb/60x0/filters:quality(75)/imgs/2024/07/12/12/6531012/16ff798aee6627ae4fffb6e20083f35d6975da7e.jpg)
При пожаре в бизнес-центре на севере столицы погиб, спасая людей, начальник Службы пожаротушения Москвы Евгений Чернышев
© Фото: пресс-служба ГУ МЧС России по Красноярскому краю / РИА Новости
20 марта 2010 года в бизнес-центре на 2-й Хуторской улице возник сильный пожар. Чернышев с товарищами проник здание, вывел на улицу группу людей, затем вернулся под горящие своды — проверить, не остался ли там кто-нибудь.
По рации он сообщил, что у него заканчивается кислород в дыхательном аппарате. Через несколько минут связь прервалась: в помещении, где находился Евгений Николаевич, обрушилась кровля…
Тревожно замирает сердце, когда слышны сирены мчащихся по улицам красных машин. Вспыхивает мысль: «Что случилось, где? Успеют ли пожарные спасти людей?»
Одно можно сказать точно: они сделают все, что могут. Короткий телефонный номер 01 — символ не только беды, но и надежды на спасение.