Волшебница на борту

Фото: Кристине Папян / МОСЛЕНТА

МОСЛЕНТА побывала на конкурсе «ТОП самых красивых стюардесс России» и поговорила с бортпроводницей бизнес-авиации Анной Мартини о зарплатах, шейхах, графике 20/10 и нештатных ситуациях.

Анна Мартини, бортпроводница бизнес-авиации, компания «Джет-Сервис»

Мартини — моя родная фамилия, при том, что и родители и бабушки с дедушками — русские. Когда я работала в гражданской авиации, на бейджике было написано: «Мартини». И каждый пассажир считал своим долгом спросить, есть ли мартини на борту? Я отвечала, что Мартини на борту — только я, и я замужем.

Дорога в небо

Честно говоря, в детстве у меня не было мечты стать стюардессой. И в Москву никогда не стремилась. Несмотря на то, что и мама и бабушка в молодости были стюардессами еще в советском «Аэрофлоте». Я просто знала эти факты из их биографии — и жила своей жизнью.

Работала в разных сферах, в том числе и в банковской. Просто из любопытства просматривала иногда вакансии бортпроводников. Потом увидела очередное объявление о наборе стюардесс и подумала: «Давай попробую». В тот день на кастинг пришли почти 500 участниц. Из них отобрали только 88 претенденток. Мы прошли медкомиссию, и к обучению приступили 44 девушки, одной из которых оказалась я.

Это была авиакомпания «Ютэйр», самарский лётный отряд номер семь. Сыну было тогда два с половиной. Базовый аэропорт — Курумоч. Там я проработала три года. Мы всей семьей жили в то время в Тольятти, куда я с мамой переехала из Ленинграда ещё в детстве.

Дочь стюардессы

Мама меня не отговаривала от профессии бортпроводника. Но настойчиво спрашивала: «Ты уверена, что оно тебе надо? Ты понимаешь, что оставишь там здоровье?»

Сейчас она — финансовый директор логистической компании и не жалеет, что ушла из авиации. В её понимании: семья началась — лётная карьера закончилась. Бабушка, почти не раздумывая, тоже выбрала семью. И это при том, что работа бортпроводником ТУ-134 тогда была престижнее, чем участие в конкурсе «Мисс мира».

А у меня другая позиция, я считаю, что семья и работа в авиации совместимы. После завершения лётной карьеры буду рада остаться в авиации, хочу стать преподавателем, и делиться с будущими бортпроводниками знаниями и позитивным взглядом на мир.

Тотальная медкомиссия

Первая врачебно-лётная экспертная комиссия (ВЛЭК) — самая сложная, но пройти её можно даже с небольшими заболеваниями. Допустимо иметь зрение до -3, хотя в целом здоровье у бортпроводника должно быть как у космонавта. Есть мелкие «болячки», с которыми можно спокойно работать на земле, но нельзя летать — кариес, например.

Лётный врач осматривает персонал каждые полгода. Каждый год — тотальная медкомиссия, анализы и другие исследования. Каждые два — подтверждается заключение ВЛЭК.

Как попасть в бизнес-авиацию

Попасть на собеседование в компании бизнес-авиации, да к тому же без дополнительного обучения, было очень тяжело, но однажды меня всё-таки пригласили. В одной московской авиакомпании пришлось пройти около 20 собеседований − процесс отбора кандидата для работы на частном самолёте многоступенчатый.

В итоге мне заявили, что без опыта работы не возьмут. Как минимум нужно иметь специальное образование. Это очень важно для владельцев судов. Надо точно знать, куда идёшь и на что подписываешься.

Понять такую позицию можно. Это очень специфичная часть авиации, где важно понравиться не только менеджеру самолёта и пилоту, но и главному пассажиру, его жене, трём дочерям и их собачке. И при этом быть волшебницей на борту — уметь решать все возможные проблемы.

Дополнительное обучение я прошла в «Джет-Сервис». И именно после этого для меня открылся мир бизнес-авиации. Практически сразу начались фриланс-полеты по краткосрочным контрактам. Обычная ставка в таких случаях — 150 долларов в сутки. Я подменяла стюардесс в единичных рейсах, работала в паре — бралась за любую работу, какую предлагали. Так у меня появились рекомендации, и компании стали заключать со мной контракты.

Высокий сервис

Три недели обучения стоили где-то 50-55 тысяч рублей, и они были очень насыщенны: раздаточные материалы, распечатки, огромное количество информации…

В учебном центре нам преподавали основы высокого сервиса — Silver Service: особенности кухонь мира, флористику, и даже психологию богатого человека. Его важно понимать. Здесь обучают, как подавать чай, кофе, алкоголь, какие цветы можно использовать для оформления салона самолёта, как подать салат цезарь с креветками, а как с курицей, и в чём различие. В частной авиации мелочей нет, есть нюансы. Их много, и все нужно держать в голове.

Но вы же понимаете, нельзя научить - можно только научиться. Некоторые девочки, окончив те же курсы, плохо показали себя на тестовых полетах. Все мы разные, не всем это дано. Подобный отсев происходит и в гражданской авиации – новые бортпроводники приходят каждые полгода, а из них хорошо, если процентов 30 остаются работать.

График 20/10

Сейчас я работаю по графику 20/10 — двадцать дней в месяц отсутствую дома. Бывает, что удаётся на пару суток попасть в Москву и увидеть мужа с сыном. Но, как правило, эти 20 дней я там, где мой самолёт — выполняю рейсы в интересах владельца и коммерческих пассажиров. Остальные десять дней в месяц я дома, с семьей. И я могу проводить их так, как захочу. Могу прилететь в Москву и сказать: «Родной, пакуй чемоданы. Мы летим с тобой на Бали!»

Пока работала в гражданской авиации, побывала в пяти странах, но толком их и не увидела. А за три года в бизнес-авиации — 60! Причём здесь знакомство с новой страной не все выдерживают. Многих другая реальность пугает.

Шейхи

Не думаю, что всякая девушка готова отправиться в Саудовскую Аравию и прожить там две недели: права женщин здесь ограничены.

Я же поехала и не пожалела — познакомилась со страной и её обычаями. Мы базировались в Джидде и Эр-Рияде. Соглашусь, жить и работать в арабских странах трудно, но здесь, в России, мне так не хватает восточной экзотики…

Многие мои знакомые, кого взяли на работу в Emirates, Etihad, Qatar Airlines, сбежали, бросив всё — не смогли ужиться с восточным менталитетом. Другие смогли, выросли и теперь работают старшими бортпроводниками.

Кто-то пошёл дальше и ушёл в Qatar Executive — это уже катарская бизнес-авиация. Платят там от 2 000 евро в месяц, а в отечественной бизнес-авиации — от 80 тысяч рублей. В целом же зарплаты зависят от квалификации стюардессы, страны и щедрости эксплуатанта.

Мой последний контракт был связан с компанией, перевозящей арабских шейхов. Состоятельные арабы прекрасно образованы, отлично говорят по-английски, часто летают в Европу на косметические процедуры. Ну или за одеждой. В арабских странах они даже слабую интерпретацию европейской кухни предпочитают хорошей дорогой местной VIP-еде.

Как самолёт взлетает, так восточные женщины снимают абаю. Шейхи не хотят, чтобы посторонние арабы видели их жён, поэтому предпочитают, когда весь экипаж — европейцы.

30289ab68ccc782daa93eea2068996ddf6232a45
Фото: Кристине Папян / МОСЛЕНТА

Как быть волшебницей

Рабочие будни стюардессы насыщены перемещениями и полны непредсказуемых моментов. Ты не знаешь, в какой стране окажешься завтра, где будешь спать и что есть, кто будет твой пассажир и что он у тебя попросит. Можно прилететь в Англию, оказаться в Кембридже и в ответ на вопрос: «Есть ли у вас пожелания по питанию на обратный пролет?» услышать: «Деревенского творога. Фермерского, натурального, без консервантов. Не из магазина и не с рынка». За это я и люблю свою работу — за нестандартность.

Тогда я вспомнила, что в Instagram на меня подписана девочка из Кембриджа. Списались. Она ответила, что у соседей есть и коровы, и козы, и сыр, и вообще любая молочная продукция. Я вызвала такси, поехала, купила и творог, и молоко, и сливки, и сметану, и масло. Привезла всё натуральное на борт. И человек, разумеется, был доволен: всё сделали так, как он сказал.

Могут попросить борщ на Бали, анчоусы в Туркменистане, пельмени где-нибудь в Таиланде. Всегда нужно быть волшебницей. Просят, значит, нужно найти способ это сделать.

Пассажир хочет розовое Пино Гриджио (Pinot Grigio), а вам в нескольких магазинах говорят, что Пино Гриджио — белый сорт винограда, розового вина из него не существует! Но раз пассажир просит, значит — существует.

Это очень тяжёлый физический и психо-эмоциональный труд, независимо от того, работаете вы в гражданской авиации или на частном самолёте. Постоянные перегрузки, спишь и ешь не тогда, когда хочется, а когда есть возможность. Бывает, что 72 часа подряд нет времени поправить макияж, поспать, не говоря уже о том, чтобы принять душ. Сложно и физически, и морально. Но эта работа того стоит!

В авиацию за мужем

Существует миф, что девушки идут в гражданскую и бизнес-авиацию исключительно с целью выгодно выйти замуж. На самом деле случаи, когда заключаются браки между стюардессой и пассажиром бизнес-класса, стюардессой и VIP-пассажиром в бизнес-авиации, единичны.

Тех, кто идёт в эту профессию, чтобы выйти замуж, ждёт разочарование. Здесь нужны другие приоритеты и цели. Требуются огромные знания и везение, определенные черты характера и умение работать в режиме многозадачности. Часто бывает, что пилоты на рейсе меняются, а стюардессы остаются и летят дальше — это колоссальные переработки. Только на желании выйти замуж на такой работе не удержишься.

Всё время на ногах, и самая большая нагрузка — на позвоночник: самолёт взлетает, а мы уже бегаем по салону. Это все негативно сказывается на осанке, а ведь на ней строится весь наш образ. Вы видели когда-нибудь сутулящихся стюардесс? Так что для поддержания формы пару раз в неделю выбираюсь на фитнес.

Деловой стиль

Бортпроводник — лицо авиакомпании. Если работодатель решил, что нельзя пользоваться яркими помадой и лаком для ногтей, а волосы нужно собирать в пучок, то именно так я и выгляжу. Более того, мой гардероб сейчас по большей части состоит из одежды делового стиля. Муж говорит, что я стюардесса до мозга костей. Может, это такой профессиональный отпечаток на личности, на стиле, но когда я одеваю джинсы или, например, спортивный костюм, супруг смотрит на меня, как на другого человека. В глазах читается что-то вроде: «Я тебя не знаю, но кого-то ты мне напоминаешь».

Мама в небе

Мой сын, представляя меня друзьям и их родителям, всегда сообщает: «Это моя мама. Она — стюардесса». Муж делает то же самое: «Это моя супруга Анна. Она — бортпроводник». Как бы мои мужчины ни ворчали дома, когда я собираюсь в очередную командировку, «в свет» они всегда выводят меня одинаково: вот мой кубок - посмотрите.

Муж работает на земле, но тоже очень любит самолёты. Он — фанат авиации, увлекается авиасимуляторами. Уверена, если дать ему самолёт — он его посадит. Мне очень повезло с супругом: он любит меня и понимает, как важна для меня эта работа.

Авиация — семье не помеха. Стюардессы как уходили в декрет, так и уходят: активно и регулярно. И многие из них возвращаются в профессию, потому что отказаться от этого образа жизни очень тяжело.

Сейчас моему сыну восемь. Я пришла в авиацию, когда ему было два с небольшим. Понятно, что в период, когда ребенок совсем маленький, мама рядом ему нужна всё время. Затем важным становится то, что ты даёшь и в личном общении и в этой жизни в целом: детский сад, детские клубы, путешествия.

Меня мама постоянно брала с собой в путешествия, и когда я выросла — поняла, как же мне повезло. Они расширяли мой кругозор, я знала гораздо больше сверстниц. Поэтому стараюсь теперь побольше путешествовать с сыном, вместе мы уже побывали на Кипре, в Абхазии, Сочи, в Анапе, Петербурге.

673a417b0cb6b7055a21a1c5ff6b0782920fec97

Нештатные ситуации

В гражданской авиации на моей практике была разгерметизация и аварийное снижение. Мы спасали пассажиров — и это давалось тяжело. Ты приводишь человека в чувства, а он раз за разом обратно погружается в состояние глубокого обморока. И при этом его спутница бьётся в истерике и мешает проводить реанимационные действия, кричит, что ты ничего не делаешь, и еще и руки твои от него убирает. Такие ситуации были, но меня они ни разу не вывели из состояния внутреннего спокойствия. Я всегда в такие моменты знаю, что делать, потому что у нас на каждый случай есть четкие инструкции. И всегда все заканчивалось хорошо.

Паблик «Стюардесса»

Про гражданскую и бизнес-авиацию я рассказываю в паблике «Стюардесса» — это в зоне моей компетенции. Читатели часто спрашивают, стоит ли тратить время и деньги на обучение? Однозначно стоит. Знания — это единственное вложение, которое навсегда останется при тебе. Тратить время на образование нужно, но необходимо выбирать проверенную школу. В Москве такие есть, после обучения они помогают с трудоустройством, и это реальный шанс.

От соискателей вакансий бортпроводников в бизнес-авиации требуется: владение английским, диплом об окончании специальных курсов, загранпаспорт с шенгенской мультивизой. Еще понадобятся профессиональные фото в деловом стиле (портрет и снимок в полный рост), а также свой костюм для собеседований и пробных полетов.

Возраст претендентов на позицию бортпроводника без опыта работы обычно 18-28 лет, но авиакомпании часто устанавливают свои ограничения, например, 20-28 лет — для кандидатов без опыта, и до 35 — с опытом. Для тех, кто старше 28, есть еще один шанс получить эту работу — самостоятельно оплатить трёхмесячное обучение и получить свидетельство бортпроводника.

Возраст стюардесс в бизнес авиации — от 22 лет. Верхнего предела нет, главное — здоровье, опыт и приятная внешность. Бывает, даже ищут кандидатов 45+!

Хозяйка судьбы

Не будешь ты с этой работой хозяйкой собственной судьбы. 20 дней в месяц я — собственность компании. Летаю, куда мне говорят, и, помимо стандартной работы, постоянно выполняю квесты из разряда «найди то — не знаю что». В оставшиеся 10-11 дней у меня есть двое мужчин: муж и сын, которые тоже постоянно требуют моего внимания: «хочу то, хочу это». И как в такой ситуации можно принадлежать себе? Быть диктатором в отношениях? Не представляю себе такого. У нас в семье муж — лидер.

В гражданской авиации я вначале была рядовой, потом работала в бизнес-классе, позже стала старшим бортпроводником. Теперь, на частном самолете, я могу быть одна - сама себе хозяйка, а могу работать в паре со второй стюардессой — главной или помогающей, каждый раз это складывается независимо от меня. Важно быть гибкой и знать, что сегодня ты рядовой, завтра старший, послезавтра — снова рядовой. Главное — короны быть не должно!