27 апреля 2016 в 14:54

«На улице выживают только те, кто любит это дело»

Как устроена уличная музыка в Москве
Сергей Садов
Сергей Садов
Alexei Tavix / Фотобанк Лори

МОСЛЕНТА поговорила с уличиным музыкантом со стажем и узнала, кто такие «аскеры», как понять, что человек в «теме» и почему песню приравнивают к митингу.

Сергей Садов, уличный музыкант и композитор – 54 года

У меня высшее музыкальное образование, я окончил Гнесинку. Занимаюсь музыкой с раннего детства, а выступать на улице начал ещё в 70-х. Тогда мы ездили с группой, играли по деревням и санаториям. Суть для меня с тех пор не изменилась, разве, что сам формат. Тогда мы играли группой, и это был хард-рок, а сейчас я играю один, и это этно-музыка, которую я исполняю на своем авторском инструменте, – двухгрифовой Садоре.

На Арбате я оказался лет пятнадцать назад - просто встал и начал играть, не договаривался ни с кем, никому ничего не платил. Естественно, меня сразу начали душить, и недели две у меня были чуть ли ни ежедневные драки потому, что каждый чего-то от меня хотел: денег, пива, сигарет, участия в бизнесе.

На улице выживают только те, кто любит это дело и понимает, что это их судьба.

Потому что улица она для каждого, но не для всех, и текучка в этом деле атомная. Тех, кто хотя бы месяц продержится, зарабатывая только игрой на улице, – единицы. Когда сезон начнется, через меня хотя бы сотня человек пройдёт, и из них дай бог хотя бы один или два останутся на следующий год.

«На улице выживают только те, кто любит это дело»

Сергей Бобылев / ТАСС

Но неправильно думать, что вот я песню спою, и весь мир меня увидит, лайки поставят, продюсеры придут. Продюсеры не придут – это всё легенды, а те, кто так думает рано или поздно ломаются. Вот был такой Зайцев, он двадцать лет выступал, а потом спился и под электричку попал. Он почему-то был уверен, что играя Филиппа Киркорова, сам Киркоров это заметит и поможет ему.

Почему музыканты находятся в «группе риска», и какие опасности их подстерегают

Хорошо, когда начинающего музыканта в эту тему кто-то вводит. В нашем деле бывает так, что вышел человек с открытым сердцем, а его обобрали или менты приняли. Человек же, когда приходит работать, даже не знает, где ему встать: здесь, там или может за углом. У меня у самого такая ситуация была в Хельсинки. Я стоял три дня и почти ничего не собрал, а оказалось, что нужно было за поворот зайти, и там был основной поток людей.

Поэтому очень важно помогать. Вот вчера парень приходил из Казахстана, рассказывал, что куда не пойдёт – везде проблемы. Я ему объяснил, где можно встать, и какие неприятности его ждут. Что на Третьяковке есть депутат, который гоняет музыкантов, вызывает наряды, а на Арбате активистка Королёва этим же занимается.

Или вот все стоят, хлопают тебе, а через минуту публики нет и осталось только три кабана, которые хотят забрать то, что ты заработал. Конечно, на улице опасностей много для любого человека, но для музыканта их больше потому, что мы в «группе риска».

Это всё равно, что ты встанешь с двумя тысячами в руках и будешь ими размахивать весь день.

Чаще всего неприятные ситуации происходят с новичками. Вот выходит какой-нибудь пионер, играет и не видит, что какие-то другие люди ходят рядом и вместо него собирают деньги. Тут недостаточно просто быть музыкантом, тут нужно иметь внутренний стержень.

Или начинают предлагать алкоголь: «Холодно? Выпей рюмочку». Потом музыканта спаивают или подсыпают клофелин, и просыпается он на следующий день раздетый, без денег и без инструментов. Я в Сочи с одним таким столкнулся. Хороший парень играл на барабане, рассказывал мне о том, какой кайф кругом. Я его предупредил: «Ты главное, не знакомься с тёлками на площадке, отойди после работы в бар или в кафе подальше». А он мне в ответ: «Так это же классно, в этом весь рок-н-ролл». На следующий день я его снова встречаю – сидит весь избитый, стучит по коробке на обратный билет. Вот такой рок-н-ролл.

Уличные музыканты на Старом Арбате.

Уличные музыканты на Старом Арбате.

Валерий Шарифулин / ТАСС

Или вот музыкант в переходе всегда садится к стенке. Для чего? Чтобы не получить от кого-нибудь бутылкой по голове. Правда, если я буду думать об этом, то потеряю публику, поэтому я сажусь ближе к людям, а для защиты у меня есть шляпа - по крайней мере башку мою сразу не расколят.

Кто такие «аскеры», сколько зарабатывает музыкант и что такое «штырка»

Стандарт обычного уличного музыканта - от пятисот рублей до штуки. Больше зарабатывают только единицы. Но тут всё зависит от многих факторов: от погоды, от точки, от того используют ли аскера специальный человек, который собирает деньги. Точки бывают очень разные, иногда попадётся такая труба подземный переход, где, как ни играй, - ничего не соберёшь, а бывает так, что можно отбиться всего за два часа.

Обычно я меняю где-то семь точек в день, но сегодня хватило и четырёх. Для меня главное выполнить свою норму, и если погода плохая или точка вялая, то я просто остаюсь ещё на один-два часа.

Но полно тех, кто живет, как птицы божие, - им кинули зерно, они съели, каких-то долгосрочных планов они не ставят, и бывает, что в конце года не могут приобрести себе даже новую пару обуви. Я же более жесткий и требовательный человек, мне не просто зерно нужно, а квартира, студия и лучшие инструменты. У меня себестоимость жизни тысяч на пятьдесят тянет, а кому-то ничего не надо. Вот у меня знакомый есть. Он пробил себе точку в Сокольниках, недалеко от дома, выйдет туда иногда со своим ящиком, качнёт часа полтора и пойдет домой.

Ещё есть понятие «штырка» - это у профессиональных музыкантов означает выйти на улицу, чтобы подзаработать. Очень много тех, кто выходит на улицу только потому, что между выступлениями проходит много времени. Или есть у меня такой Яша, он на скрипке играет, сменяет меня иногда. Обычно Яша в клубах караоке выступает, подыгрывает людям, а на штырки выходит, когда ему нужны какие-то дополнительные карманные деньги.

Если ты выходишь на улицу, то нужно чётко знать, зачем.

Чем больше музыкант играет на улице, тем сложнее ему потом будет изменить свою жизнь и работать как все остальные, он становится асоциальным, а часто и просто спивается. Такое часто встречается среди молодых. Вот они начинают играть, к ним прибивается какая-нибудь девчонка-аскерша, потом ещё кто-нибудь за компанию. И вот получается, что два музыканта играют, а человек пять сидят уже и ждут, пока они соберут денег, чтобы сбегать за пивом.

Да, с группой поддержки хорошо, с ней безопасней, веселее, но, в итоге, идет постоянная пьянка, а потом музыкант уже не может без этого работать, он не сможет даже первые аккорды взять, не выпив рюмки.

Как изменился Арбат и что такое «смена караула»

У профессионалов, у тех, кто выходит почти каждый день в определённое время, в определённое место, есть два варианта работы. Либо у тебя есть люди, такие активисты, которые расчищают и занимают тебе место, либо есть понятие «смены караула», то есть мы заранее договариваемся, кто в какое время выступает, и сменяем друг друга.

Если кто-то посторонний захочет играть, то он может спросить до которого часа занято место, и если на смену никто не придёт, то занять его. Но, конечно, у нас существует своя кастовость. Одно дело профессионалы, которые этим живут, и совсем другое дело те, которые хотят подзаработать себе на пиво.

Среди тех, кто постоянно выступает, есть разные люди – есть талантливые и с музыкальным образованием а есть те, кто знает только пару нот. У меня вот знакомая знает три ноты и, если народ останавливается, то ей приходится брать перерыв потому, что больше ей нечего показать.

2016 год Старый Арбат

2016 год Старый Арбат

Alexander Zemlianichenko / AP

Но в последнее время на улицах Москвы стало больше профессионалов. Когда я пришел на Арбат в первый раз, был очень низкий уровень музыкантов, все кричали Цоя плохо поставленными голосами, а оборудование было такое, будто динамики специально порезали. И какое-то время было просто ужасно, но постепенно стали выходить консерваторцы, скрипачи, просто хорошие профессионалы, а в последние годы остались только виртуозы. Конечно, есть и проходные люди, которые выступят один-два раза, но базовые люди – все профессионалы.

Как понять, что человек в «теме», или кто такая «рыжая» Ленка

Очень легко понять в теме человек или нет, по тому знает ли он каких-то определенных персонажей. Пришла ко мне как-то журналистка с человеком, которого мне пиарят как уличного артиста со стажем. Я его сразу спрашиваю: «Знаешь «рыжую» Ленку?». А он не знает - значит не в теме. Потому что нельзя играть на улице и не встретить человека с двумя грифами и в шляпе, нельзя не знать такого вечно пьяного персонажа как Слава Кайф, нельзя не знать Герыча или Тэя. А «рыжая» Ленка хоть и играет по электричкам, но о ней все знают потому, что она восемь лет на зоне провела и у неё удар такой силы, что она здоровых мужиков валит.

Я почти всех профессионалов Москвы знаю. Вот еду вчера в электричке, и помню, как зовут музыканта, который там песню поёт, хотя ни электрички, ни метро не моя тема. В метро когда-то давно играл, но ушёл от этого. Я сторонник концертной деятельности, а в метро, когда ты ходишь из вагона в вагон, ты можешь играть одну и ту же фразу хоть весь день, хоть всю жизнь, и никто этого не заметит. И постепенно ты деградируешь как музыкант.

Полицейский прессинг и песня как несанкционированный митинг

В последнее время нас очень сильно придавили своими постановлениями и некоторые уже даже боятся выйти на улицу. Иногда замечаю за собой полицейскую машину, которая едет за мной до тех пор, пока я с Арбата не уйду.

Этот прессинг начался года три назад, но совсем плохо было в прошлом сезоне. Меня тогда первым и задержали. Устроили целую спланированную акцию со свидетелями, общественными деятелями, контрольной закупкой диска. Это нужно, когда тебе 13-ю статью дают, – несанкционированная торговля.

Но в последнее время стали и по 20.2 принимать – несанкционированный митинг. А там штрафы больше: за первый раз 10 тысяч, за второй раз все 50.

У нас есть такой Артур, саксофонист, которого уже два раза так задерживали. А для него это очень тяжело - у него своя семья, дети, которые этим кормятся, а тут его раз задержали, денег выбили, два задержали, денег выбили, а если задержат в третий раз, то ему и вовсе срок грозит. А это его профессия, он её бросить не может.

2015 год. Акция протеста уличных музыкантов против гонений. Улица Старый Арбат. На снимке: молодой человек играет на гитаре в знак несогласия с действиями полиции.

2015 год. Акция протеста уличных музыкантов против гонений. Улица Старый Арбат. На снимке: молодой человек играет на гитаре в знак несогласия с действиями полиции.

Евгения Гусева / Комсомольская правда / PhotoXPress.ru

Что будет в этом сезоне пока неизвестно, они ещё не определились. Полиция сейчас продолжает забирать музыкантов, но это такое рядовое вымогательство, когда сначала угрожают штрафом, а потом говорят: «Дай денег». Чаще всего такое под вечер начинается.

Только какие-нибудь пионеры деньги отобьют, как их забирают полицейские, а потом предлагают за штуку разойтись.

Поэтому нам и надо бороться за легальность уличного формата. Пусть это называется как угодно: патент, лицензия, разрешение – главное, чтобы всё было открыто и прозрачно, а не так, чтобы управа этим занималась, которая также коррумпирована. Потому что если зайдёшь в управу, то увидишь одни крутые джипы, притом, что зарплаты там – ноль.

Зачем выходить на улицу и как понять, чего ты стоишь

Музыка – это формат, через который мы выражаем свои идеи. Уличная музыка - это огромный полигон для любого музыканта: здесь ты конкретно видишь, реализовывается твоя задача или нет, насколько это живая или неживая форма, стоит ли играть ту или иную фразу.

Поэтому я всем музыкантам советую выходить на улицу. Если ты можешь музыкой заработать себе на жизнь, то это означает, что да, этим стоит заниматься. Это можно понять буквально в течение одного дня - надо просто пойти и отыграть на нескольких точках. И в конце дня ты точно поймешь, чего стоишь.