10 августа 2015 в 00:01

«Эксклюзивно мы только копаем могилы»

Как изменится сфера ритуальных услуг Москвы
Сферу ритуальных услуг в Москве в ближайшее время ожидают масштабные преобразования. Для чего Москве многофункциональный похоронный центр? Как приобрести место на кладбище через интернет? Сколько агенты платят врачам и полицейским за информацию о гибели человека? Обо всем этом МОСЛЕНТЕ рассказал руководитель ГБУ «Ритуал» Артем Екимов.
«Эксклюзивно мы только копаем могилы»
Юрий Мартьянов / Коммерсантъ

Сферу ритуальных услуг в Москве в ближайшее время ожидают масштабные преобразования. Для чего Москве многофункциональный похоронный центр? Как приобрести место на кладбище через интернет? Сколько агенты платят врачам и полицейским за информацию о гибели человека? Обо всем этом МОСЛЕНТЕ рассказал руководитель ГБУ «Ритуал» Артем Екимов.

«Эксклюзивно мы только копаем могилы»

архив пресс-службы ГБУ «Ритуал»

— Стандартная ситуация сейчас в Москве такая: человек умирает и родственникам тут же поступают звонки от одного, нескольких агентов. Близкие еще не знают о смерти, а им уже навязывают ритуальные услуги…

Да, это серьезная проблема. Похоронные агенты покупают информацию о смерти у полицейских, в больницах, у врачей скорой помощи. Сведения об одном усопшем стоят от 20 до 30 тысяч рублей. Известны случаи, когда к родственникам приезжает несколько агентов и выяснение отношений между ними чуть до драки не доходит. В Москве, по разным оценкам, действует от 2 до 3 тысяч агентов, статус которых не подтвержден, работодатель не известен или отсутствует вовсе. Люди применяют нерыночные, неэтичные методы конкурентной борьбы. Происходит, по сути, соревнование мелких административных коррупционных возможностей. Получилось купить информацию — маржинальность повысилась.

Главным считаю открытие на Сущевском валу в начале следующего года многофункционального похоронного центра площадью 3 тысячи метров. Там будет представлен весь комплекс как агентских, так и похоронных услуг

— Агенты — это кто вообще?

Это представители похоронных организаций, оказывающих услуги по оформлению и организации скорбного мероприятия. Сейчас сложилась ситуация, что не всегда это даже граждане России. Периодически возникают уже гастарбайтеры-среднеазиаты. Они точно также приходят в квартиру к родственникам погибшего и предлагают оформить похороны. Агентская сеть маргинализировалась до предела. В год 3 тысячи агентов претендуют на 100 тысяч заказов. То есть на одного агента приходится 30 заказов в год. В это же время у нас в ГБУ «Ритуал» 36 агентов, мы оформляем 9 тысяч заказов в год. Логично предположить, что рынку при нормальной организации хватало бы 300-360 агентов.

— А ваше учреждение собирается что-то предпринять?

В начале следующего года мы откроем многофункциональный похоронный центр площадью 3 тысячи метров. Там будет представлен весь комплекс как агентских, так и похоронных услуг. Центр расположится на Сущевском валу, помещение уже есть, сейчас мы его модернизируем и переоборудуем.

Все будет сделано по принципу открытого пространства. Там будет стоянка катафалков, клиенты смогут осмотреть и потрогать транспорт, будут складские помещения, сборочный цех, где можно, например, собирать венки. Задача в том, чтобы ориентировать, маршрутизировать человека. Москвичи должны знать, куда идти в трудной жизненной ситуации.

— Еще какие-то изменения ожидаются?

Морг должен стать приличным местом с понятным распределением людских потоков. Там можно будет получить все услуги — справки о смерти, оформить заказ, получить необходимые разъяснения, заказать определенные кладбищенские услуги без посредников. При входе будет ресепшн, потом зона ожидания, клиентская зона, оформление бумаг, залы прощания. Все это будет выглядеть этически и эстетически приемлемо.

Многофункциональный похоронный центр на Сущевском валу откроется в следующем году

Многофункциональный похоронный центр на Сущевском валу откроется в следующем году

Евгений Курсков / ТАСС

Планируем реконструировать кремационный парк. Сейчас в Москве уже более 50 процентов похорон проводятся с помощью кремации. Мы должны обеспечить людям некую процедуру прощания как это происходит на кладбищах при традиционном захоронении. Например, в крематориях Китая каждая печь включает в себя пространство для прощания. Родственники видят как тело уходят, как возвращается пепел, в печах сделаны окна. Местная особенность состоит в том, что пепел участники церемонии могут сгребать себе.

В планах также создание ситуационного центра для контроля за операционной деятельностью на кладбищах и развитие колумбарного хозяйства.

Ожидается, что осенью депутаты Госдумы рассмотрят поправки Министерства строительства и ЖКХ в действующий законопроект, будет введено лицензирование участников отрасли. Все агенты должны будут соблюдать определенные стандарты деятельности, что должно положительно сказаться на качестве предоставляемых услуг

— Сейчас ваше учреждение как работает?

Нас называют монополистом на рынке, но это не так. Эксклюзивно мы только копаем могилы. Сооружением и установкой надмогильных сооружений, реализацией ритуальной продукции мы занимаемся наравне со всеми. В этих сферах у нас десятая часть рынка.

Всего за шесть месяцев текущего года в Москве оформлена 51 тысяча похоронных заказов. Мы знаем об этом, ведь все они разными путями приходят на наши кладбища. Только 16 тысяч заказов оформлены ГБУ «Ритуал» и городскими специализированными службами. Остальное — доля частных агентов. При этом базовая стоимость кремации у нас составляет 3400 рублей, у частных агентов цены начинаются с 7 тысяч рублей. Похороны в целом у нас стоят 35-40 тысяч рублей, у частных агентов — в 2-3 раза дороже. Недобросовестные люди пользуются тем, что граждане готовы согласиться на любые деньги.

Осенью депутаты Госдумы должны ввести лицензирование участников похоронной отрасли

Осенью депутаты Госдумы должны ввести лицензирование участников похоронной отрасли

Илья Питалев / Коммерсантъ

— Вы сказали, что к кремации сейчас прибегают чаще, чем к традиционному способу захоронения. С чем это связано?

Сознание людей меняется. Церковь кремацию до сих пор не признает, но людям проще воспринимать урну с прахом с эстетической точки зрения. В мегаполисах Китая — Пекине, Шанхае — до 90 процентов захоронений осуществляется с помощью кремации. У урны есть и еще одно преимущество — она мобильна. Ее можно захоронить не сразу, можно в случае переезда перевезти с собой. В некоторых случаях кремацию проводят также по медицинским показаниям, по советам врачей.

— На московских кладбищах много заброшенных могил. С ними что-то делается?

Мы как госучреждение содержим общие пространства, ответственность за конкретное захоронение несет физическое лицо. В поправках к законопроекту Министерства строительства и ЖКХ предполагалось ввести ответственность за состояние захоронения. Но сразу возникла масса вопросов. Главный — критерии. Как определить заброшенность? Высчитывать высоту травы на могиле, угол наклона памятника? Количество посещений кладбища тоже никто не фиксирует. В том же Китае действует следующая практика: участок при захоронении приобретается сроком на 20 лет. Через 20 лет родственники усопшего могут пролонгировать договор, в противном случае могила запускается в повторный оборот. Останки закапываются глубже, на прежнем месте производится новое захоронение. Наше общество к такому, конечно, не готово. Вопрос остается открытым.

У нас все очень традиционно. Москвичи, например, до сих пор устанавливают на могилах ограды, хотя утилитарная цель у них сейчас отсутствует. Кладбищам нужно больше парковости, но камерности.

— Вы думаете, для нас ценен китайский опыт?

В Китае своя культура, свои особенности. Там, например, при кремации тело часто сжигают не при 1200 градусах, а при 900. В результате некие сочленения костей сохраняются. Для чего? Чтобы все родственники могли взять по урночке и поставить у себя дома. Для нас это просто дико. А в Англии распространение получило развеивание пепла. У нас это трендом никогда не станет.

У нас все очень традиционно. Москвичи, например, до сих пор устанавливают на могилах ограды, хотя утилитарная цель у них сейчас отсутствует. Кладбищам нужно больше парковости, но камерности.