03 сентября в 00:05
9 мин.

«Два года мы жили в режиме гречки». Переехавшие в деревню горожане о рисках, счастье и нетрезвых мастерах

Супруги Анна и Андрей Панихины вместе со своими детьми много лет жили в подмосковном Красногорске и, говорят, были там счастливы. Однако решение перебраться из города в небольшую деревню под Переславлем-Залесским приняли стремительно: уже на следующий день после просмотра дома они перевезли в него вещи и стали жить по-новому — приспосабливаясь к другой работе, другим условиям, другим людям и другим порядкам. Спустя четыре года после переезда Анна и Андрей рассказали «Мосленте» о том, с какими сложностями им пришлось столкнуться, было ли это оправдано финансово и не жалеют ли они о своем поступке.
«Два года мы жили в режиме гречки». Переехавшие в деревню горожане о рисках, счастье и нетрезвых мастерах
Фото: страница Анны Панихиной на Facebook

«В понедельник Андрей перевез наши вещи»

Вы ведь настоящие горожане?

Андрей: Я родился в Красногорске — это в Подмосковье. И всю жизнь там прожил.

Анна: А я родилась на Камчатке, но в семь лет вместе с родителями переехала в Москву. С Андреем мы познакомились, когда нам было по 15 лет, потом вместе учились в Университете путей сообщения на факультете строительного менеджмента, поженились, стали жить в Красногорске, родили двоих детей. Но... Андрей занимался строительством домов, и так получилось, что под Переславлем-Залесским, в деревне Криушкино, построил дом одной семейной паре, с которой мы в итоге подружились и через какое-то время после завершения строительства решили их навестить. Приехали мы в пятницу, с двумя детьми. Младшей тогда было всего девять месяцев, старшей — четыре года. Взяли рюкзаки, термосы и пошли гулять. И так мне все понравилось… Я говорю подруге: «Майя, это же место нашей мечты! Тут и лес, и озеро, и деревня, и город рядом». А она мне: «Так давай переезжай! Что мешает?» Я начала делиться опасениями. Вот школа, например. А мне: «Чем школа в Красногорске отличается от школы в Переславле? Скорее всего, ничем. Скорее всего, здесь образование даже лучше, потому что все учатся по старинке. И народу в классах здесь меньше». А как же медицина? А мне: «Если что-то сложное, всегда есть возможность поехать в большой город — Ярославль, Москву. Здесь есть скорая помощь». А еще оказалось, что в той же деревне сдавался дом, и мы пошли его смотреть. Посмотрели — и остались в нем. В понедельник Андрей съездил на машине в Красногорск и перевез все наши вещи.

Это ведь большой риск!

Анна: Да, но мы решили рискнуть и пожить в деревне хотя бы месяц — оглядеться, попробовать приспособиться. И этот месяц растянулся у нас уже на четыре года.

«Друзья теперь стали приезжать к нам»

Странное направление движения. Обычно ведь все стремятся переехать в Москву, а не наоборот.

Анна: Да, понимаю. Но нам очень хотелось быть ближе к природе, к деревьям, смотреть, как меняется погода… Все это невозможно оценить в городе. А еще здесь нет беготни, тут все размеренно, спокойно, здесь нет пробок, суеты, поэтому ты можешь планировать свое время как хочешь. Мы стали часто гулять, ходить пешком. Здесь все доступно, все проще успеть. Здесь… как бы это сказать… свобода!

«Два года мы жили в режиме гречки». Переехавшие в деревню горожане о рисках, счастье и нетрезвых мастерах

Фото: Алексей Смышляев / Коммерсантъ

Свобода — несомненный плюс. Но замечу: уехав так далеко от Москвы, вы лишили себя и своих детей, например, кинотеатров, выставок, театральных постановок.

Анна: Ну, во-первых, кинотеатр в Переславле-Залесском есть. В нем хороший зал, хороший звук и все те же самые премьеры, что и в Москве. Более того, тут появился еще и уличный кинотеатр с большим экраном. С театрами мы тоже ничего не потеряли, потому что теперь у нас появилась возможность поехать хоть в московские театры, хоть в ярославские. Дорога до Москвы занимает у нас часа два с половиной, до Ярославля — полтора. Ну, так и из Красногорска нам нужно было ехать примерно столько же. То же самое я могу сказать и про выставки с музеями… А еще мы стали намного больше путешествовать.

Однако, думаю, переехав, вы лишились привычного круга общения.

Анна: Не скажу, что так. Да, в Москве я в любой момент могла позвонить подруге и позвать ее гулять в парк. Андрей мог в любой момент поехать и где-то посидеть с друзьями. Но вышло так, что все близкие друзья теперь стали приезжать к нам. Причем наши посиделки теперь не двухчасовые, как раньше, а длятся целые выходные. Так что в итоге вместе мы стали проводить куда больше времени: мы организуем друзьям какой-то досуг, водим их в музеи, на экскурсии, к местным жителям, которые делают что-то интересное. Мы даже дом сняли с двумя гостевыми спальнями!

«Сделайте нам четыре кровати»

Чем вы занимаетесь в деревне?

Андрей: Я, как мы уже говорили, занимался строительством домов. После переезда мы поселились в деревне, где строительство домов, думал я, так же востребовано. И ждал именно таких заказчиков. Но заказчики пришли совсем другие. «Будьте добры, — говорили они. — У нас тут валяются оставшиеся от стройки бревна, сделайте нам из них четыре кровати». Они же дали нам под столярную мастерскую место в недостроенном доме. Там я и сделал и эти четыре кровати, и лестницу, и много что еще — практически на коленке. Потом мне заказали что-то еще. И еще. И еще. Шкафы, тумбочки и так далее, таким образом расширив ассортимент и полностью переключив меня на мебель.

«Два года мы жили в режиме гречки». Переехавшие в деревню горожане о рисках, счастье и нетрезвых мастерах

Фото: страница «Семейная мастерская Панихин» на Facebook

Анна: Вот только, едва началась зима, нас попросили из этой мастерской съехать. И мы буквально на последние деньги купили деревянную бытовку, перетащили ее к нам на участок, оборудовали, и с весны начали снова брать заказы. Но до сих пор практически на все заработанные средства мы закупаем оборудование… Что до конкретно моего участия, то я взяла на себя поиск и общение с заказчиками, контроль за закупкой материалов, ведение соцсетей и нашего интернет-магазина. Ну и, конечно, я много занимаюсь нашими детьми, потому что все бабушки остались в Москве и в Красногорске.

«Перестали покупать излишества»

Давайте поговорим о финансах. Как сильно вы «просели» по деньгам после переезда?

Анна: Честно скажу, у нас были кое-какие очень небольшие накопления: что-то от декретных денег осталось, что-то у нас было отложено на отпуск. Все это мы вложили в аренду дома и в покупку инструментов. Первые два года мы существовали в деревне в режиме, который я называю «гречка». Мы не голодали, нет, но абсолютно перестали покупать какие-то излишества — жили так, как могли, никуда не ездили, особо не приобретали одежду и экономили. Все уходило на создание хорошей мастерской. Да, это был большой риск. Но у нас за плечами была красногорская квартира, поэтому мы понимали: в любой момент, если что-то пойдет не так, нам есть куда вернуться.

Вам удалось выйти на ваш «городской» уровень доходов?

Андрей: Сейчас мы уже можем позволить себе и свободно покупать одежду, и куда-то ездить. Хотя да — мы по-прежнему снимаем дом, потому что пока не можем позволить себе построить собственный. Но мы этого не могли позволить себе и до переезда, потому что на строительство нужна огромная сумма — не менее трех миллионов. Все, что мы смогли, — это поменять место жительства: тот дом в Криушкино, который мы сняли изначально, оказался для нас и дороговат, и маловат, поэтому, купив в этой деревне участок земли, мы пока переехали поближе к Переславлю-Залесскому, в Никитскую Слободу.

«Москвичам здесь легче начать дело»

Что стоит иметь в виду тем, захочет последовать вашему примеру?

Анна: Все рисуют себе такую картину: все бросил и уехал. Но нет: я бы посоветовала пойти нашим путем — то есть сначала снять дом и попробовать пожить в деревне хотя бы месяц-два. Желательно в хороший сезон — летом или весной. Посмотреть, что здесь есть, чего нет, чем можно заниматься. Потому что, по сути, в регионах нет практически ничего, связанного с сервисом. И москвич, который уже понимает, каким этот самый сервис бывает, может в провинции куда легче, чем в столице, начать свое дело. Особенно если придумать что-то качественное и оригинальное… Приезжать сюда на зарплату? Тоже, конечно, можно, но она тут в среднем от 15 до 35 тысяч рублей. 40-50 — это уже роскошь.

«Два года мы жили в режиме гречки». Переехавшие в деревню горожане о рисках, счастье и нетрезвых мастерах

Фото: страница «Семейная мастерская Панихин» на Facebook

Негусто. Но интересно вот что: как переезд повлиял на ваше мировосприятие, жизненную, простите, философию?

Анна: В голове все поменялось очень сильно! У нас теперь совсем другие ценности, другой уровень жизни. Какой? Выше, я считаю. У нас все стало каким-то более продуманным, что ли…

Андрей: В Москве очень много фонового шума, который не дает возможности увидеть истинную картину жизни, естественный ход вещей, подумать об отношении с детьми, с друзьями. Зачастую даже те, кто приезжает к нам в гости, — те, кто с нами учился, работал — какие-то шустро-быстрые, излишне суетливые. Понятно, что флегматичность и медлительность тоже не лучшие помощники, но… кто понял жизнь, тот не спешит! Вот философия малых городов, которой мы уже прониклись. В силу характера мне это было чуть проще, Ане сложнее, но уверен, что мы оба только выиграли.

Анна: И люди здесь — просто кайф! В Москве ты соседей зачастую не знаешь, а здесь идешь — даже в шесть утра, когда я бегаю у озера, — и с тобой все рыбаки здороваются. И я с ними. Возле монастыря видишь работников — здороваешься с ними. Здесь все какие-то более добрые, более заботливые, открытые и отзывчивые. И голова у тебя более открыта, потому что тут нет всей этой рекламы — билбордов, светящихся конструкций, витрин, которые тебя заманивают. Тут вообще никто никого ни на что не соблазняет.

«Отдаешь чайник мастеру, а он запил»

«Понаехавшие» — так наверняка думали соседи про вас.

Андрей: Нет! Или мы этого не заметили. Может, они нас между собой и обсуждали, но до нас это не доходило. Да и вообще, в нашем районе довольно много таких, как мы — понаехавших. Целое сообщество. И все мы приняли здешние порядки, а не пытались навязать свои. И потом, мы же не бездельники какие-то, приехавшие сюда кайфовать. Вот Илья — у него своя пряничная лавка. Есть много сыроваров, фермеров, пасечник…

«Два года мы жили в режиме гречки». Переехавшие в деревню горожане о рисках, счастье и нетрезвых мастерах

Фото: страница «Семейная мастерская Панихин» на Facebook

Все звучит просто отлично, но это наводит на подозрение. Должно же быть в вашем переезде что-то негативное?

Анна: Ну, например, большой минус в том, что наши родители живут далеко от нас. Они у нас такие горожане-горожане, поэтому приезжают к нам нечасто. Здесь сложно качественно и быстро — как в Москве — починить автомобиль. Здесь нет возможности вызвать на дом платного доктора. И дороги — они тут ужасные, так что подвеску себе мы уже убили.

Андрей: Да, с сервисом тут реально проблемы: починить-обслужить компьютер, чайник… Вот, кстати, о чайнике: отдаешь ты его мастеру, а он запил, и о чайнике приходится забыть недели на две. Хотя мастер этот офигенный, просто золотые руки. Но приходится ловить момент: пьет — не пьет? Не пьет, так побежали скорее что-то ему относить на починку. Впрочем, это скорее не минус, а местная специфика. Мы к ней уже привыкли. Вообще, тут очень большое значение имеет отношение к происходящему: кто-то в этом видит жирный минус, кто-то его не видит, а кто-то видит в этом возможность для себя, потому что… возможностей тут полно, так что бери и делай!

Анна:Скажем, 1 сентября у нас открывается новая частная школа. Уже открылись, благодаря приезжим, частные детские сады. К нам переехал педагог из Московской государственной художественно-промышленной академии имени Строганова и занимается тут рисованием с детьми. Мы нашли хорошего педагога по фортепиано, отличного тренера по шахматам. Майя из Москвы открыла обучающую гончарную мастерскую. Сергей выращивает хорошие овощи, фрукты и ягоды. Катя делает обалденный сыр и творожное печенье. У Бориса классный хамон. Александр из соседней деревни Рушиново, переехавший из Долгопрудного, выпекает в русской печи хлеб. Все развиваются, не сидят на месте, и это очень классно.