14 января 2016 в 22:04

Ревнивая субурбия

О запутанных отношениях Москвы и области
В Красногорске открылся пешеходный мост через Москву-реку, соединяющий Павшинскую пойму и станцию метро «Мякинино»
Алексей Смышляев / Интерпресс / ТАСС
Между Москвой и остальной Россией есть буферная зона — Подмосковье. Там есть технопарки и просто парки с бесплатным Wi-Fi, есть реки, пастбища и современные мусорные полигоны. Москвичи ездят в Подмосковье на дачу, а жители области в Москву — на работу. 14 января Московской области исполняется 87 лет. МОСЛЕНТА разобралась в непростых отношениях регионов-соседей.

Между Москвой и остальной Россией есть буферная зона — Подмосковье. Там есть технопарки и просто парки с бесплатным Wi-Fi, есть реки, пастбища и современные мусорные полигоны. Москвичи ездят в Подмосковье на дачу, а жители области в Москву — на работу. 14 января Московской области исполняется 87 лет. МОСЛЕНТА разобралась в непростых отношениях регионов-соседей.

###Петля на шее и дырка от бублика

Из того, что Москва и Подмосковье — разные субъекты, есть несколько следствий. Например, по закону некоторые льготники могут получить от государства земельные участки. Однако Москва не может выполнить этого требования — у нее просто нет области. У нее есть только «петля на шее» в виде другого региона, который может поделиться землей, а может и не поделиться.

У Московской области, в свою очередь, нет столицы — областного центра. В Пермском крае — Пермь, в Чечне — Грозный, а в Подмосковье — дырка от бублика. Впрочем, в последнее время на функцию неформальной столицы претендует Красногорск. Часть административных органов перебралась туда из Москвы.

МКАД стала просто городской улицей, разделяющей город и город. У нас есть собянинское Подмосковье в виде Новой Москвы и воробьевская Москва в виде Химок, Красногорска, Реутова, Балашихи

Алексей Чадаев

руководитель аналитического центра «Московский регион»

Руководитель аналитического центра «Московский регион» Алексей Чадаев видит определенную проблему в том, что административная граница субъектов не совпадает с реальными контурами области и мегаполиса.

«Сейчас мы имеем ситуацию, когда реальная Москва, то есть урбанизированная территория, простирается довольно далеко за пределы МКАД. МКАД стала просто городской улицей, разделяющей город и город. У нас есть собянинское Подмосковье в виде Новой Москвы и воробьевская Москва в виде Химок, Красногорска, Реутова, Балашихи», — сказал МОСЛЕНТЕ эксперт.

Многие коренные жители Коммунарки крайне недовольны всем тем, что случилось с поселком после присоединения к Москве

По словам Чадаева, к ближнему Подмосковью можно было бы применить существующее в нынешнем законодательстве понятие «городского округа». При этом сама столица была бы особо обозначена как «город Москва», а столичная субурбия в радиусе 10-15 километров вокруг МКАД переименована в «городской округ Москва».

###Финансы

Деньги — один из самых болезненных вопросов в любых отношениях, в том числе в отношениях между регионами.

«Жители окрестностей Лондона не ездят на работу в Лондон, а жители окрестностей Парижа не ездят на работу в Париж, ибо они у себя в своем пригороде могут зарабатывать столько же, сколько в столице. У нас ситуация иная: бюджет Москвы — полтора триллиона, а бюджет Московской области — 500 миллиардов.

Именно поэтому зарплаты москвичей в разы выше, чем по всей России, в том числе в Подмосковье. Именно поэтому два миллиона жителей области работают в Москве», — уверен политик Борис Надеждин.

Налоги людей, которые живут в тех же Химках, но работают в Москве, — идут на благоустройство Зюзина и Бибирева, а в Химки не идут

Алексей Чадаев

руководитель аналитического центра «Московский регион»

Важнее даже не то, что за высокой зарплатой едут в Москву, а то, что в Москве остаются налоги с этой зарплаты.

«Очень странно, что Московская область — это другой субъект федерации, из которого по какой-то причине полтора-два миллиона человек ежедневно ездят на работу в Москву. Это приводит к адским перекосам, потому что муниципальные бюджеты пополняются из НДФЛ. Налоги людей, которые живут в тех же Химках, но работают в Москве, — идут на благоустройство Зюзина и Бибирева, а в Химки не идут», — отметил Чадаев в беседе с МОСЛЕНТОЙ.

Маятниковые мигранты из области оставляют в Москве порядка 100 миллиардов рублей в год, рассказал МОСЛЕНТЕ Борис Надеждин. Деньги налогоплательщиков не идут туда, где жизнь их семей обеспечивается с помощью школ, больниц, дорог, а остаются в мегаполисе — по месту регистрации их работодателя.

Надеждин полагает, что во многом по этой причине «подмосковные города в целом выглядят гораздо хуже Москвы».

Экономист Владимир Климанов согласен с тем, что по справедливости НДФЛ должен уплачиваться по месту жительства, однако отмечает, что Подмосковье и само всегда извлекало не меньшую ренту из соседства с Москвой.

«В ближнем окружении столицы активно строилось жилье, которое способствовало экономическому развитию региона. Стали возникать транспортно-логистические и торговые предприятия, которые дают доходы в бюджет области, а не города. Они возникали на этой территории именно из-за близости к Москве, а не из-за каких-то иных преимуществ региона», — пояснил эксперт.

В Москве всегда подчеркивают, что территорию на юго-западе присоединили для того, чтобы не допустить там неконтролируемого жилищного строительства и сбалансировать его производственными, офисными и социальными объектами

Сергей Савостьянов / ТАСС

###Суперсубъект

«Дискуссия о том, надо ли как-то управленчески объединять Москву и Московскую область, идет еще с советских времен. Я ее застал, когда начинал работать в Советском Союзе», — рассказал МОСЛЕНТЕ Надеждин.

Москве нужны близлежащие территории. Ей совершенно не нужны Серебряные Пруды или Талдом

Борис Надеждин

политик

Он напомнил, что исторически Москва всегда постепенно расширялась за счет области: «Еще 60 лет назад условные Бибирево и Ясенево не были в Москве, а теперь есть. Еще 30 лет назад в Москве не было условного Митина. Пять лет назад — Троицка».

При этом Надеждин подчеркнул, что объединение ради объединения не нужно никому. «Москве нужны близлежащие территории. Ей совершенно не нужны Серебряные Пруды или Талдом», — отметил эксперт.

Вместе с тем, если объединить то, что и так объединяется естественным путем, мегарегион возникнет сам собой, уверен Чадаев.

«Звездочка нашего мегаполиса — это урбанизированные территории вдоль вылетных магистралей — как по факту все застраивалось. Есть Новая Рига, и вот все на Новой Риге в масштабе 20 километров от пересечения с МКАД тут же немедленно забивается башнями. Это могло бы уже на уровне планирования, на уровне долгосрочной стратегии управляться из единого центра», — сказал МОСЛЕНТЕ эксперт.

Против объединения выступила, как ни странно, земля Бранденбург — аналог нашей Московской области, а не столица

Владимир Климанов

экономист, специалист по территориальному развитию

Он полагает, что организационно суперсубъект будет скорее не результатом слияния двух регионов, а некой надсубъектной структурой, наподобие Крымского федерального округа, который был образован из Крыма и Севастополя после вхождения в РФ.

Между тем ситуация Москвы и Московской области не уникальна в мировом масштабе. «В Германии была аналогичная ситуация с Берлином и Бранденбургом и, кстати, в 90-е годы там был проведен референдум о возможном объединении этих земель, — рассказал МОСЛЕНТЕ Климанов. — Против выступила, как ни странно, земля Бранденбург — аналог нашей Московской области, а не столица. Бывают и другие случаи, когда, например, столица сопряжена с окружающей территорией. На самом деле решения могут быть разными».

Перспективы формирования суперсубъекта приказали долго жить. Суперсубъекта, совершенно очевидно, не будет

Константин Калачев

руководитель Политической экспертной группы

Экономист считает неразумным создавать новый субъект федерации, «численность которого будет составлять 12-13 процентов населения страны», ведь даже в Совете Федерации голос такого региона затеряется среди голосов значительно меньших субъектов. «Другое дело — создавать какие-то координирующие органы, которые совместно решают вопросы землепользования, общественной инфраструктуры, транспорта и так далее», — сказал Климанов.

В вопросе интеграции наиболее жесткую позицию занял руководитель Политической экспертной группы Константин Калачев.

«Перспективы формирования суперсубъекта приказали долго жить. Супесубъекта, совершенно очевидно, не будет. Важно, что сегодня и в Москве, и в Московской области есть эффективное руководство. И Собянин, и Воробьев на хорошем счету. Пусть Московская область находится в положении субъекта догоняющего развития. Москва для нее ориентир, но ориентир — труднодостижимый. В любом случае, мне кажется, что на сегодняшний день жителям Подмосковья грех жаловаться», — сказал политолог.

Сегодня МКАД — просто одна из городских улиц

Александра Краснова / ТАСС

###Политика

Москва — это все-таки город, а область — даже не множество городов, а конгломерат всего на свете: деревень, дачных кооперативов, сельхозугодий, закрытых военных баз. Это диктует различные способы управления.

«Москва — это мегаполис, централизованная система, нет выборов префектов, нет выборов глав управ — всех назначает Собянин. Подмосковье устроено совсем по-другому. Это особенно ярко проявлялось в тяжелые времена, еще до Громова. Тогда районы и города напоминали феодальные княжества, если можно так выразиться», — рассказал МОСЛЕНТЕ Надеждин.

В Московской области больше многообразия, и в большинстве случаев это скорее плохо, чем хорошо

По его словам, при Громове и Воробьеве в области началась тенденция к централизации. «Были отменены прямые выборы в ряде районов и городов. Кроме того, идет укрупнение — городские округа превращаются в большие районы. Из последнего — Балашиха стала супермегаполисом, там живет больше 400 тысяч человек, больше, чем во многих областных центрах», — рассказал политик.

Тем не менее по степени автономии подмосковные города несопоставимы с московскими районами (которые формально представляют собой такие же муниципальные образования). Именно поэтому в Московской области больше многообразия, и в большинстве случаев это скорее плохо, чем хорошо.

Вот так вот — 80 километров от МКАД, а газа уже нет. Степень освоенности некоторых территорий такая, я бы сказал, необычная для XXI века

Борис Надеждин

политик

«Конечно, Марьино отличается от Арбата, но еще сильнее различаются подмосковные города и районы — просто физически отличаются. Одно дело — большие и довольно богатые города типа Химок или Красногорска, другое — удаленные деревенские районы», — сказал Надеждин.

Это кажется невероятным, но в некоторых районах Подмосковья до сих пор нет газа. «В том же Талдомском районе, где у меня дача, — пояснил Надеждин. — Вот так вот — 80 километров от МКАД, а газа уже нет. Степень освоенности некоторых территорий такая, я бы сказал, необычная для XXI века».

###Стиль

В рейтингах губернаторов Сергей Собянин и Андрей Воробьев неизменно идут в ногу. Оба стремятся соответствовать образу эффективного менеджера, пытаются делать ставку на современные управленческие технологии.

В то же время у московского и подмосковного губернаторов — разный политический стиль. По мысли Чадаева, в категориях американской политической культуры Воробьев ведет себя как республиканец, а Собянин — как демократ.

Собянин с людьми не общается вообще. За него с людьми общаются новомодные электронные системы. А Воробьев общается — в таком кантри-стиле

Алексей Чадаев

руководитель аналитического центра «Московский регион»

Если у второго — централизм в связке с прогрессистской риторикой — в духе модной урбанистики, то у первого — скорее работа с пулом доверенных лиц, а также «максимально публичная социалка».

«Воробьев постоянно и главный сантехник, и главный дорожный рабочий. В каждый город и поселок Московской области он прилетает на вертолете и общается с людьми», — отметил Чадаев. — Собянин с людьми не общается вообще. За него с людьми общаются новомодные электронные системы. А Воробьев общается — в таком кантри-стиле».

Между Сергеем Собяниным и Андреем Воробьевым нет никакой вражды, однако на уровне аппаратов есть скрытая конкуренция

Сергей Фадеичев / ТАСС

###Ревность

Противоречия между административным делением и реальным устройством территории порождают скрытую конкуренцию между московской и подмосковной командами, полагает Чадаев.

«Войны нет, отношения нормальные, но по факту два аппарата, две управленческих системы, пытающиеся каждая со своей стороны управлять объектом, который, в сущности, один на двоих, неизбежно постоянно находятся в состоянии конфликта интересов», — пояснил он.

Политолог полагает, что горизонтальные модели согласования в России работают плохо. Когда люди не понимают, кто из них главный, соревновательность приобретает нездоровый характер, оборачивается взаимной ревностью.

Как с точки зрения отношений первых лиц, так и с точки зрения субъектов нет больше никаких антагонистических противоречий, неразрешимых проблем и даже, я бы сказал, искусственного подогрева ревности жителей Подмосковья по отношению к москвичам

Константин Калачев

руководитель Политической экспертной группы

Образ ревности часто применялся в описании отношений Москвы с областью. В данном случае речь могла идти как о власти, так и о людях вообще. Немало очередей в поликлинику взорвалось ликованием в день отставки Юрия Лужкова. Подмосковные старики подозревали, что именно его стараниями их заклятые друзья по ту сторону МКАД получают более высокие пенсии.

Похоже, что ресентимент — больше не то понятие, которое описывает отношения столицы и Подмосковья. Такой позиции придерживается Калачев.

«Тема конфликта Москвы и Московской области давно исчезла из медиа. Как с точки зрения отношений первых лиц, так и с точки зрения субъектов нет больше никаких антагонистических противоречий, неразрешимых проблем и даже, я бы сказал, искусственного подогрева ревности жителей Подмосковья по отношению к москвичам», — сказал МОСЛЕНТЕ политолог.