10 декабря 2019 в 15:33

«Он был хулиганом, выросшим в бараках»

Умер Юрий Лужков. Каким его запомнят москвичи?
Фото: Alessia Pierdomenico / Reuters
Юрий Михайлович Лужков занимал должность мэра столицы более 18 лет — с 6 июня 1992 года по 28 сентября 2010 года. И, конечно же, запомнился разным. Число его критиков всегда было не меньше числа поклонников, однако же очевидно: Лужков стал для Москвы и москвичей фигурой знаковой, выдающейся и легендарной. Сотни новых домов и сотни снесенных зданий, Третье транспортное кольцо и памятник Петру Первому, пособия учителям и стрельба на улицах — это все он, Юрий Михайлович. МОСЛЕНТА попросила москвоведов, публицистов, историков и общественных деятелей оценить деятельность Лужкова и записала их монологи.

«Лужков был неплох. Но в 90-е»

Александр Усольцев, редактор проекта «Прогулки по Москве»

«Лужков был очень даже неплох в 90-е годы. Когда вся наша страна переживала далеко не лучшие времена, когда во многих российских городах люди элементарно голодали, а сохранение культурного наследия не входило даже в первую сотню приоритетов, он сумел организовать в Москве хотя бы какой-то порядок. То, что происходило здесь, пусть даже с грязью и стрельбой на улицах, не шло ни в какое в сравнение с трем, что творилось в прочих регионах. Юрий Михайлович в тот период был абсолютно прекрасным хозяйственником! Ему удалось сохранить функционирование и взаимодействие всех городских служб, обеспечить регулярную уборку улиц, не допустить совсем уж больших беспорядков. Все это несомненные плюсы.

Однако же начиная с 2000-х все в Москве начало обрастать друзьями Лужкова, родственниками Лужкова и партнерами Лужкова, из которых постепенно сформировалось то, что я бы назвал «московской мафией с политическими амбициями». Да, некоторые группы москвичей стали получать надбавки и пособия, но и эта мафия начала зарабатывать совершенно циничными способами. Страдала ли от этого сама Москва? И да, и нет.

В заслугу Лужкова периода 2000-х годов я бы поставил, например, восстановление Храма Христа Спасителя. Да, проект этот был с самого начала неоднозначным, и придраться в нем можно много к чему. Однако же этот проект совершенно точно можно назвать для Москвы знаковым, тем, что принято называть визитной карточкой. Довольно положительно по этим же причинам я отношусь и к проекту Москва-Сити и комплексу на Поклонной горе.

Мэр Москвы Юрий Михайлович Лужков (в центре) выступает на церемонии открытия храма Христа Спасителя

М. Юрченко / РИА Новости

В минус — уничтожение большего количества архитектурных памятников. Счет шел на сотни! Были снесены торговые ряды за ГУМом и много что еще. И при этом еще и насаждалась довольно жуткая вкусовщина не имеющего ни исторического, ни архитектурного образования Лужкова — все эти бесконечные дома с башенками, памятники Церетели, Охотный Ряд, полностью переделанный Военторг. Ситуацию с Военторгом я вообще считаю для Москвы совершенно позорной!

Однако, как мне кажется, более всего Лужков запомнится активным дорожным строительством: реконструкцией МКАД и Третьим транспортным кольцом».

«Дал свое имя городу и времени»

Александр Баунов, публицист и филолог

«Умер Юрий Лужков — один из немногих политиков, который дал свое имя городу и времени. Москва Лужкова, лужковская Москва. Новая, немыслимо другая, по сравнению с советской, казавшаяся невозможной и одновременно единственно возможной. А какой еще она может быть? Да вот такой! Никто ни в 90-е ни в начале 2000-х не представлял себе, что такое современный буржуазный мегаполис. Поэтому его взяли из рук Лужкова, таким, каким он его видел и сделал. И только под конец, в его усталые годы, начала приходить мысль, что может и, пожалуй даже, Москва должна быть другой. И так и случилось».

«Он был хулиганом, выросшим в бараках»

Павел Гнилорыбов, историк, москвовед, публицист

«Гений или злодей? Про Юрия Михаловича так однозначно и не скажешь. Зато можно сказать вот что: именно он обеспечил плавный переход Москвы от столицы СССР к столице новой России, подстелив соломку во всех возможных местах. Поэтому, думаю, москвичи всегда будут вспоминать его больше с благодарностью и благодушием, нежели со злобой: «А вот при Лужкове…» Он, конечно же, заслужил и улицу в Москве, названную в его честь, и книгу в серии ЖЗЛ…

Мэр Москвы Юрий Лужков принял участие в традиционном Празднике меда, который прошел в храме Христа Спасителя, 2009 год

Илья Питалев / РИА Новости

Да, Юрий Михайлович относился к московской архитектуре довольно своеобразно, если не сказать по-варварски. Но это была деятельность не Лужкова лично, а целой команды. Ему, конечно, припомнят и любовь к шатрам, и Измайловский Кремль, и варварскую реконструкцию Царицыно, и памятник Петру Первому, и такие странные жилые дома, как «Патриарх» и «Стольник». Но лично мне Юрий Михайлович более всего напоминает такого московского градоначальника XIX века, как Владимир Андреевич Долгоруков. Тоже открытый, тоже широкий тип русского барина, считающего, что весь город – его вотчина, что можно распоряжаться всем, не уверенного, что хорошо разбирается во всем – от архитектуры до сельского хозяйства. Транспортники до сих пор припоминаем ему подход, что, мол, «больше полос – быстрее поедем». Но… он решал проблемы, как мог. Рубил с плеча. Был эксцентричен. И далеко не всегда, увы, советовался с профессионалами. При нем разрушили гостиницу «Москва», Военторг, сгорел Манеж.

Знаете, кем он был? Мальчишкой, хулиганом, выросшим бараках в районе Павелецкой в довольно жутких послевоенных условиях. Родись он внутри Бульварного кольца, возможно, действовал бы иначе, потому что картинка города у него в голове была бы совсем иной.

Но я очень ценю Лужкова. Именно при нем Москву стали действительно изучать. Именно при нем в школах было введено москвоведение в качестве обязательного предмета. Сотнями выходили прекрасные книги. При нем великолепно и масштабно отметили 850-летие Москвы. Построили первые торговые центры.

Любил ли Москву сам? По-своему, но – да. И страдал главной болезнью наших чиновников: он искренне считал, что он единственный, кто знает, как лучше и как правильно».

«На жену смотрел влюбленными глазами»

Марьяна Максимовская, телеведущая

«Юрий Лужков, конечно, ни в какие рамки не вмещался, такой уж широкий человек. А я вот вспоминаю, как после интервью с ним и его женой Еленой Батуриной в их альпийском отеле, Лужков поинтересовался - из какого города мы со съемочной группой будем улетать. И тут же стал организовывать наш визит в какой-то секретный аутлет. Где, как выразился Лужков, «мы Лене «Эскаду» берем очень недорого».

На свою Лену Юрий Лужков смотрел влюбленными глазами и эта чувство к жене, как все у Лужкова, тоже было очень большим и ни в какие рамки не вмещалось. Фразу «моя жена - талантливая женщина, она бы без меня и больше заработала», Юрий Михайлович произнёс мне в интервью тоже при нестандартных обстоятельствах. Сразу после ссоры Лужкова с тогдашним президентом Медведевым, я увидела Юрия Лужкова на одном приеме. Где рядом с недавно еще всесильным мэром Москвы стоял один Генрих Боровик, а вокруг - как карантинная зона. Вся политическая элита теперь старательно не замечала Лужкова, попавшего в опалу. Я попросила дать интервью, и Лужков не просто согласился, но и долго ждал со мной в холле, пока приедут операторы с камерами.

И, пожалуйста, не пишите тут в комментариях гадости про Лужкова. Потом про него ещё много напишут. А сейчас, в день его смерти, просто хочется вспомнить человека, который работал политиком в свободные и непростые времена и сам был - большим, непростым и внутренне свободным».

«Его жизнь еще не раз будет описана историками»

Тина Канделаки, телеведущая, журналист, общественный деятель

«Умер второй мэр Москвы Юрий Лужков.

В свое время его первый зам. Владимир Ресин рассказывал мне историю о том, как они впервые оказались в Китае, и Юрий Михайлович пошел выбирать и мерить на себя куртку для своей жены Елены Батуриной, которую очень сильно любил, боготворил и носил на руках.

Юрий Лужков с супругой Еленой Батуриной и дочерьми идет на избирательный участок в день выборов в Государственную Думу РФ 19 декабря 1999 года.

Фото: Олег Ласточкин / РИА Новости

Юрий Лужков был невероятно амбициозным человеком, который, безусловно, видел себя в кресле президента России. Я думаю, что его жизнь еще не раз будет описана историками нашей страны, а этого удостаиваются только по-настоящему яркие люди.

Юрий Михайлович умер в Мюнхене, и в этом, конечно, что-то есть, при всей его эпохе на посту мэра Москвы и любви к нашему городу. Я не сомневаюсь, что сейчас найдутся желающие вспомнить ему его ошибки, перетряхивая прошлое. Но (...) есть какой-то особенный символизм в том, что Лужков и Серёжа Доренко ушли в один год.

Царствие небесное вам, Юрий Михайлович».