01 сентября 2015, 16:43

Как успокоить психа на улице

О спасительном хомяке и опасных жертвах — в репортаже с учений МЧС
В рамках всероссийского проекта «Научись спасать жизнь!» МЧС запускает курсы психологической помощи для населения. МОСЛЕНТА побывала на курсах и выяснила, как хомяк может помочь в экстренной ситуации и чего нельзя говорить человеку со вспоротым животом.
Как успокоить психа на улице
Сергей Фадеичев / ТАСС

В рамках всероссийского проекта «Научись спасать жизнь!» МЧС запускает курсы психологической помощи для населения. МОСЛЕНТА побывала на курсах и выяснила, как хомяк может помочь в экстренной ситуации и чего нельзя говорить человеку со вспоротым животом.

— Девушки, кто хочет получить рану плеча? А кто хочет лежать без сознания с травмой головы?

— Огласите весь список!

— Нужен человек с истерией. Еще человек с агрессией.

Так в конце августа в Центре экстренной психологической помощи МЧС проходили недельные курсы инструкторов по первой помощи и психологической поддержке.

На курсы пригласили студентов психфака МГУ. Такой эксперимент в Москве проводится впервые — обученные студенты будут готовить инструкторов из числа других студентов. Но и это еще не все — МЧС уже договорилось с МГУ и несколькими другими вузами о том, что на базе их психологических факультетов будут открыты курсы первой психологической помощи для населения.

Читайте на тему:

Это значит, что любой желающий сможет прийти на эти курсы. Занятия будут во многом повторять инструкторские курсы в МЧС. А это ощущения не для слабонервных.

— У кого нет роли?

— У меня!

— Хорошо, у тебя будут вспороты кишки. А Ася что делает у нас?

— Так я же с травмой головы лежу без сознания!

— А Дима?

— Я агрессивный.

— Марина, плачь! Плачь! Садись на пол и истошно рыдай! Товарищи страдающие, приступайте к страданиям!

Во время командно-штабной тренировки главного управления МЧС по Москве

Во время командно-штабной тренировки главного управления МЧС по Москве

Руслан Кривобок / РИА Новости

В аудитории поднимаются истошный вой и ругань. Половина студентов изображает жертв. Задача второй половины курсантов — успокоить страдающих и оказать им посильную помощь.

Ведущий психолог Центра экстренной психологической помощи МЧС Анна Соколова объясняет — можно было бы ограничиться одной теорией. Но теория без практики в общении с психически неадекватными людьми помогает мало.

Человек со вспоротым животом — он всегда неадекватен. Самая большая ошибка — сказать ему: «Все будет хорошо!».

— Человеку, допустим, оторвало руку или ногу во время теракта, он лежит в переходе весь в крови, вы к нему подходите и говорите: «Все будет хорошо!» или «Все хорошо!». От такой поддержки он еще больше впадет в стресс — в этих ситуаций подобные фразы звучат как издевательство. Он же видит, что все не хорошо! И неизвестно, что с ним дальше будет, — объясняет научный сотрудник ЦНИИ ОИЗ Минздрава РФ Геннадий Неудахин.

Геннадий Владимирович проработал на «скорой помощи» в Москве 15 лет. Неадекватных больных видел немало.

Самый красочный случай — жена подавилась костью, пока «скорая» ехала, муж начал стучать ей кулаком по спине, перешиб позвоночник и убил. Когда «скорая» приехала, оказывать помощь надо было уже мужу. Причем психологическую.

В неадекватное состояние может впасть любой, говорят психологи МЧС. Чаще всего это происходит в результате травмы или после того, как человек стал жертвой преступления. Самый сложный случай — массовые ЧП с человеческими жертвами, особенно теракты.

Психологи МЧС и пострадавшая

Психологи МЧС и пострадавшая

Виталий Аньков / РИА Новости

Основные типы неадекватного поведения описаны в практическом пособии «Экстренная психологическая помощь» — это пособие будут раздавать слушателям курсов для населения. Да и сейчас уже раздают населению в ходе различных просветительских мероприятий.

Всего существует шесть основных реакций. Самая распространенная — истероидное поведение, когда человек кричит и плачет. Оказать помощь себе самому, если вы вдруг впали в это состояние, практически невозможно: «В этот момент человек находится в крайне взвинченном состоянии и плохо понимает, что происходит с ним и вокруг него», написано в брошюре.

Оказать помощь другому без участия специалиста тоже очень сложно. По возможности надо увести человека от толпы в уединенное место. А главное — не кричать на него, не говорить: «Возьми себя в руки!», «Так нельзя!», не обливать водой и не совершать прочих неожиданных действий. К человеку, впавшему в истерику, нужно отнестись с пониманием: «Помните, что истероидные проявления — это нормальная реакция на ненормальные обстоятельства», сообщает пособие.

Студент психфака Андрей Ралдугин рассказывает: люди в неадекватном состоянии попадались ему уже не раз. То ли случайность, то ли угадывают подсознательно в Андрее будущего психолога.

— Однажды на остановке пожилой мужчина подошел весь в крови — выяснилось, что он недавно из больницы, после операции, шел по улице, ему стало плохо, он упал и головой ударился, — рассказывает Андрей.

Неизвестно, сколько бы еще ходил по улицам Москвы окровавленный мужчина, если бы Андрей не вознамерился оказать ему первую помощь.

— С большим трудом удалось узнать, где он живет, — из-за стресса он не мог говорить и постоянно плакал, — вспоминает Андрей.

На курсах тоже нелегко, признались студенты.

— Подходишь к человеку со вспоротым животом и не знаешь, что ему сказать позитивное, — объясняет студент Паша. — Сказать, что все нормально? А он посмотрит вокруг — кругом трупы и кричащие люди. Что же тут нормального? Все эти игры — это тяжко.

Позитивным в разговоре с человеком со вспоротым животом может, как ни странно, оказаться хомячок. Надо спросить пострадавшего:

— А не забыл ли ты покормить хомячка?

И человеку со вспоротым животом сразу захочется жить, потому что если он умрет, то кто же будет кормить бедолагу грызуна?

— Кишочки придерживаем, выходим, гуляем! — скомандовали инструкторы.

На практических занятиях объявили перерыв на десять минут. Студенты поправляли рваные и резаные раны из резины, примотанные к разным частям тела.

Геннадий Неудахин вспоминает свою практику — нередко при тяжелых травмах больной впадает в такую истерику, что к нему даже бывалая бригада врачей подходить боится.

Учения МЧС по спасению людей, тушению пожара и ликвидации последствий ДТП в Лефортовском тоннеле

Учения МЧС по спасению людей, тушению пожара и ликвидации последствий ДТП в Лефортовском тоннеле

Артем Коротаев / ТАСС

— Или, допустим, приезжаем по вызову, парень вены перерезал и сидит с ножом. Нас увидел и говорит: «Я вас зарежу!». Разве это не страшно? Страшно. А ведь этот человек может сидеть у вас с ножом на лестничной клетке. Еще хуже, когда неадекватная реакция случается с родственниками больных или пострадавших — они, не будучи ранеными, могут всю бригаду врачей кулаками уложить на асфальт при желании.

— Особенно часто приходилось с такими случаями сталкиваться во время ДТП, — вспоминает Геннадий Неудахин. — Родственники начинают отгонять врачей, кричать: «Вы все делаете неправильно, уезжайте отсюда!».

Главное правило подготовки будущих инструкторов гласит — прежде, чем оказывать помощь неадекватному человеку, убедись в собственной безопасности. Впрочем, как в этом убедиться, не знают даже сами психологи.

— Опасен не столько псих, сколько нормальный человек: ты ему оказываешь помощь, он вполне адекватен, и вдруг — раз! — него в голове что-то переклинило, — рассказывает Геннадий Неудахин.

Вторая проблема — равнодушие. За последние четверть века россияне то ли зачерствели, то ли просто разучились оказывать друг другу первую помощь.

— Большинство людей не знают, что делать с человеком, который упал в переходе метро и лежит без сознания. Поэтому проходят мимо. Цель нашего проекта «Научись спасать жизнь!» как раз и состоит в том, чтобы обучить россиян азам первой помощи — и физической, и психологической, — объясняет психолог Центра Микаэла Толмач.

В МЧС даже провели эксперимент — во время лекции по безопасности в одной из организаций девушка неожиданно «упала в обморок». Из тридцати мужчин, сидящих в аудитории, к ней кинулись только двое — остальные так и остались сидеть с открытыми ртами.

— Да, это нежелание, низкий уровень социальной ответственности, страх ответственности, если что-то сделаешь не так, неумение оказывать первую помощь. Во многих городах Европы в трамваях висят плакаты с алгоритмом действий в такой ситуации. У нас в метро только недавно появились билборды про инсульт — и это уже хорошо, — говорит Геннадий Неудахин.

Партнерские материалы