15 апреля 2017 в 13:00

Выстрелы на Сретенке

О «разгонщиках», банде Четвертака и злосчастном фотороботе
Москва всегда была окутана тайнами — и двести лет назад, и пятьдесят. О некоторых из них помнят столичные старожилы, их хранят улицы, переулки, укромные уголки города. МОСЛЕНТА вспоминает некоторые истории, которые в свое время стали событием, и делится ими с читателями.
Выстрелы на Сретенке
Максим Блинов / РИА Новости

Москва всегда была окутана тайнами — и двести лет назад, и пятьдесят. О некоторых из них помнят столичные старожилы, их хранят улицы, переулки, укромные уголки города. МОСЛЕНТА вспоминает некоторые истории, которые в свое время стали событием, и делится ими с читателями.

Человек из квартиры Сталина

Писатель Эдуард Хруцкий был очень популярен. Он сочинял детективы, которые сразу раскупали. По его сценариям ставили фильмы, вызывавшие жгучий интерес. Отцом писателя был разведчик, а тестем — председатель КГБ Иван Серов. Хруцкий жил в знаменитом Доме на набережной. Да еще в квартире, где до него обитал Василий Сталин.

Хруцкий выделялся своим обликом — он был высок и элегантен. И курил трубку как Эрнест Хемингуэй и Илья Эренбург. Но главное, у него было много друзей с Петровки, 38. Поэтому он знал массу занимательных случаев из жизни московского уголовного розыска. Иногда он делился ими с журналистами. Некоторые истории вошли в его интереснейшую книгу «Криминальная Москва».

Лихие ребята

В начале 50-х в Москве заявила о себе банда «разгонщиков»-грабителей. Так называли преступников, выдававших себя за сотрудников милиции. В дерзкий отряд входили молодые офицеры, демобилизованные из армии после Великой Отечественной — сильные, бывалые люди. Они прошли огонь и воду и были готовы к любым опасным приключениям.

Почему они решили заняться грабежами? Парням банально не хватало денег. Их зарплата на «гражданке» была невелика, а им хотелось развлекаться, заводить романы… В общем, они решили «бомбить» торгашей и тех, у кого были большие левые доходы. Даже при жестких сталинских порядках такие люди были. И немало.

Сначала фронтовики проводили разведку — как на войне. Ходили в рестораны, знакомились с разными людьми, вели долгие беседы и делали «выводы» — кого брать на мушку, а кого — не резон. А потом, к тем, кто им «понравился», приходили в гости. Точнее, являлись не «разведчики», а их «коллеги» — двое или трое. Деловито предъявляли удостоверения сотрудников московского уголовного розыска, ордера на обыск — разумеется, поддельные — и приступали к делу.

Они начинали конфискацию у дельцов и торгашей денег, драгоценностей и прочих ценных вещей, нажитые нечестным путем. То есть, грабители грабили грабителей. Оригинально, правда?

«Разгонщики» не спешили. Они тщательно, сантиметр за сантиметром, обыскивали квартиру, исследуя каждый укромный уголок. И гора извлеченных из тайников ценностей на столе росла. Каждую вещь описывали, потом насмерть перепуганного хозяина дома, близкого к обмороку, допрашивали. Рядом билась в истерике жена, плакали дети.

Когда махинатор с содроганием сердца ждал «приглашения» собрать вещи и проследовать за незваными гостями, они вдруг прощались. Милосердные «милиционеры» позволяли несчастному в последний раз переночевать дома, а назавтра приглашали в известное здание на Петровке, 38.

Выстрелы на Сретенке

Кадр: фильм «На углу у Патриарших»

Прыжок из окна

Конечно, жертвы «разгонщиков» и не думали идти в МУР. В тот же день они исчезали из Москвы. Наскоро собрав самое необходимое, садились в поезда, автомобили, уходили пешком, стараясь раствориться в каком-нибудь другом городе. У них еще оставалось немало денег, и были наготове другие паспорта. Да и жизнь им предстояло начинать другую. Но такую же лихую.

Фронтовики-налетчики однажды, что называется, нарвались. Одна из их крупных жертв — директор большого мехового магазина - оказался осведомителем МУРа. И, позвонив в «контору», поинтересовался, почему, его «трясут». Разумеется, на том конце провода очень удивились. И попросили описать приметы их самозванных коллег.

На «разгонщиков» началась охота, которая, впрочем, продолжалась недолго. Банду муровцы накрыли в квартире дома №9 по Столешникову переулку, на котором висит мемориальная доска в честь бытописателя Белокаменной Владимира Гиляровского. Однако одному из бандитов, бывшему фронтовому разведчику, удалось бежать. Он выпрыгнул из окна третьего (!) этажа и, слыша за спиной хлопки выстрелов, растворился в проходных дворах близлежащих улиц.

Это конец истории, но есть и эпилог.

Через несколько десятков лет после того события, Хруцкий прогуливался по Москве с одним из своих знакомых, известным кинематографистом. Они дошли до Столешникова переулка, и спутник писателя показал ему то окно и тот двор. Как вы уже догадались, этот человек когда-то выпрыгнул из окна, спасаясь от погони…

Выстрелы на Сретенке

А.Зенин / Фотохроника ТАСС

Трагедия на Трубной площади

В начале марта 1953-го умер Сталин. В столице появились кордоны милиции. А поскольку людей не хватало, к дежурству привлекли солдат, курсантов военных училищ, слушателей военных академий. Все они перекрывали центральные улицы Москвы.

Зачем? Может, в Кремле думали, что народ, сломя голову, помчится к Колонному залу Дома Союзов прощаться с вождем? И многотысячная толпа сметет все на своем пути…

Людей, желающих посмотреть на мертвого Сталина — живым его мало кто видел — оказалось действительно немало. Многие отправлялись всей семьей, с детьми через всю Москву, чтобы издали увидеть обитый алой тканью гроб, заваленный венками, в котором лежал их кумир.

Прощаться с вождем шли не только горожане. С переполненных вокзалов вливались в толпу жители Подмосковья и близлежащих городов. И людская река, которая медленно текла к Колонному залу, становилась все гуще и гуще…

Что произошло во время похорон Сталина, известно — небывалая трагедия на Трубной площади и его окрестностях, унесла жизни множества людей. Они задыхались в страшной тесноте, падали и по ним шли сотни других, не в силах остановиться. Над толпой стоял свежий запах крови.

Случившееся называли несчастье по-разному, в том числе, «второй Ходынкой». Хруцкий рассказывал, что один из его приятелей угодил в смертельный водоворот, но каким-то чудом сумел из него выбраться. Он сумел втиснуться в какой-то подъезд и пройти через черный ход на другую улицу. Приятель оказался изрядно помят, потерял шапку, шарф, но зато остался жив!

«Капкан» на Сретенке

В те траурные дни на улицах Москвы стали находить раздетых и оглушенных людей. Это орудовала банда некоего Четвертакова, по кличке Четвертак, которая грабила скорбящих граждан.

Подъезд дома на Сретенке стал для них капканом. Когда толпа особенно напирала, дверь внезапно открывалась, и несколько человек вбегали туда, решив, что нашли спасение. Однако они попадали в руки к безжалостным уркам.

Дверь захлопывалась, и начинался «шмон». Тех, кто был одет в дешевые пальтишки и вообще имел непрезентабельный вид, бандиты выкидывали через черный ход. Других людей — повидней, побогаче, грабили, раздевали и бросали в глухой соседний двор. Одни замерзали — в те мартовские дни стояли сильные морозы, другим удавалось добрести до дома.

Бандитов оперативники вычислили быстро. И скоро повязали. Схватили и главаря, когда он пытался скрыться со здоровенным тюком ворованных вещей. Не обошлось без перестрелки — один из налетчиков выпалил из пистолета в милиционера, но тут же был сражен наповал. Остальные вышли из подвала с поднятыми руками – как бандиты из «Черной кошки» в фильме «Место встречи изменить нельзя».

Оживились и другие криминальные типы. Москвичей грабили ночью на темных улицах и во дворах. Бандиты знали, что вся милиция стоит в оцеплении, а потому вели себя особенно нагло.

В метро, автобусах, троллейбусах и трамваях «работали» карманники. Их было столько, что чуть ли не на каждом маршруте обнаруживались жертвы воровства – плачущие женщины и растерянные мужчины. Вокруг них собирались сочувствующие, которые, впрочем, могли и сами угодить в такую же неприятную историю.

Иногда, как рассказывал Хруцкий, воров задерживали сами москвичи. Случалось, что карманников не сдавали в милицию, а жестоко, а порой и до потери сознания избивали. Люди в то время были разгорячены и озлоблены. Они были растеряны, не зная, как теперь сложится их жизнь. Ведь многие были уверены, что после смерти Сталина в Советском Союзе начнутся беспорядки или, того хуже, разразится война с «империалистическими хищниками» во главе с США…

Москва, 1964 год

Москва, 1964 год

Анатолий Сергеев-Васильев / РИА Новости

Маньяк со Второй Мещанской

В конце 1963 года по Москве разнеслась ошеломляющая весть о появлении страшного убийцы. Он, под видом работника «Мосгаза», проникал в жилища горожан и делал вид, что проверяет оборудование. Потом, улучив момент, жестоко расправлялся с хозяевами — при этом не щадил ни детей, ни взрослых — и уносил вещи и деньги.

Случалось, что «улов» оказывался мизерным. Однажды, убив ребенка, изувер забрал 60 рублей, детский свитер, флакон «Шипра» и солнечные очки. В другой раз нажива составила пиджак, кофту, две авторучки и тонкую пачку облигаций. Но маньяк не останавливался. Да и не в состоянии он был жить без убийств — постоянных, варварских и бессмысленных…

На ноги была поднята вся столичная милиция. Фоторобот подозреваемого помогали воссоздать художник Карповский и антрополог Герасимов. Дело было на контроле у главы государства Хрущева и министра внутренних дел Щелокова. Говорили, что последний лично допрашивал маньяка, когда его выследили и схватили.

На счету у 26-летнего Ионесяна — там звали душегуба — оказалось несколько убийств в Москве и Иванове. В столице он снимал комнату в доме на Второй Мещанской. Вел себя тихо, не пьянствовал. Так отзывалась о нем хозяйка квартиры…

Хруцкий оказался косвенно причастным к этой криминальной истории. В начале 1964 года он — в то время журналист — коротал время с приятелями в ресторане «Урал» на Пушкинской улице — ныне Большая Дмитровка. И вдруг…

  • Руки на стол!

Подняв головы от тарелки цыплятами-табака и коньяка, они увидели, что на них направлены дула милицейских пистолетов.

Будущий писатель и его приятели покорно подняли руки. Их отвезли в отделение милиции на той же Пушкинской улице. Они были ни живы, ни мертвы от страха и не знали, в чем их подозревают.

Оказалось, все просто — облик Хруцкого оказался похожим на фоторобот того самого Мосгаза. И его приятели – тоже.

Компанию долго допрашивали, и все выяснилось. После этого группа проголодавшихся граждан, которая пополнилась сыщиками с Петровки, вернулась в тот же ресторан «Урал». И все дружно выпили за то, чтобы не быть похожими на злосчастный фоторобот.


Валерий Бурт