Внутренний Нью-Йорк Москвы - специально для новых имён

Культура
Фото: пресс-служба Электротеатра Станиславский

Малая сцена Электротеатра Станиславский (руководство театра настаивает именно на таком написании названия, без кавычек — прим.) объявляется открытой. Первую экскурсию для журналистов здесь провели худрук театра Борис Юхананов и архитектор Олег Шапиро. Они рассказали, что кроется за внешней аскетичностью зала и фойе, выполненного в духе нью-йоркского притона, и объяснили, почему современный театр должен быть похож на проходной двор.

Сцена-конструктор

«Это наше маленькое фойе. Естественно, оно маленькое, потому что сама Малая сцена не подразумевает всяких роскошеств, — проводит для нас экскурсию Борис Юхананов. — Этот стиль такого нью-йоркского притона. Это внутренний Нью-Йорк в нашем дорогом городе со всеми вытекающими из этого последствиями».

Мы находимся в небольшом пространстве, выполненном в серых тонах. Сбоку спрятан гардероб. Отсюда в зрительный зал можно попасть двумя способами — с первого этажа и сверху — со второго. В дальнейшем, объясняет худрук, фойе может использоваться как часть сцены — мобильная перегородка на втором этаже будет разбираться. Вообще, если верить его словам, разбирать и трансформировать тут будут почти всё, за исключением нескольких стен. Мы поднимаемся сразу на галёрку верхнего этажа, она соседствует с пультом звукорежиссёра. Внизу наблюдаем сам зал и декорации к сегодняшнему спектаклю «Фантазии Фарятьева» — подготовка к нему идёт прямо в эти минуты, а репетиции проходили, когда стройка была ещё в самом разгаре.

B198bf7e620c4912f875041924405f626035f030

Художественный руководитель Электротеатра Станиславский Борис Юхананов.

Фото: Дмитриев Виктор / PhotoXPress.ru

«17 метров — это хорошая глубина, 7 метров — прекрасная ширина, и 6,5 метров — высота, — рассказывает Юхананов про зрительный зал. — Всё это оборудовано точно так же на сверхвозможностях. Здесь есть любой свет, любой звук, телекоммуникации. Мы соединяемся со зданием там (он показывает в сторону Основной сцены), и проходящий здесь спектакль отображается на мониторах. Мы можем даже в конечном итоге записывать происходящие здесь события в нашей аудио- и видеостудии».

Дворовая опера для учёного и скрипки

Отдельно худрук рассказывает о дворе перед зданием Малой сцены. Выходит, это не просто двор, а ещё одна площадка, которую планируют открыть уже весной.

«Это всё пространство мы называем «пространство двора», — поясняет Юхананов. — Мы, в конечном итоге, практически начинаем здесь возводить третий этап нашего ансамбля, то есть Театральный двор».

7bfe9e31ac074980fe41a05297d2e8e50ef7fd52

Художественный руководитель Электротеатра Станиславский Борис Юхананов.

Фото: Владимир Шумаков / МОСЛЕНТА

«Я стремлюсь в мае уже сделать здесь первую оперу, — делится он секретом. — Опера посвящена Галилео Галилею, «Для учёного и скрипки». Это совместно с Политехническим музеем. Солистом нашей оперы будет реальный ученый, специалист по Галилею».

Работающий над проектом архитектор Олег Шапиро, партнёр архитектурного бюро Wowhouse, объясняет, что дворы уже давно стали полноценными площадками театров, музеев и концертных залов. «Во всем мире дворы — это над-территории, — говорит он. — Это территория вне нормы. Если здесь (в стенах театра, — ред.) может собраться 500-700 человек, то во дворе могут собраться тысячи людей».

«Мы пытались сделать открытые бесконечные пространства, которые можно использовать в каждом месте специальным образом, как технологически, так и публично. То есть почти любое пространство, любое место можно делать публичным», — поясняет архитектор.

О театральных задачах архитектора

Общаясь с прессой, Шапиро рассказывает, какие новшества были привнесены архитекторами при строительстве Малой сцены. Из его слов делаем вывод, что театр теперь не обязательно начинается с вешалки.

«Убрали из видимости гардероб, который всегда, мне кажется, такое чёрное пятно, грязное пятно в театральном мире. Потому что, когда-то там висят пальто, а летом — вообще ничего, это такая пустота, разъедающая место. Поэтому была сделана масса усилий для того, чтобы спрятать всё, что мы можем не видеть, вниз».

2f30e439eae61551187774beb2ad886fa45935ed

Архитектор Олег Шапиро и художественный руководитель Электротеатра Станиславский Борис Юхананов (справа).

Фото: Дмитриев Виктор / PhotoXPress.ru

Какие ещё задачи сегодня стоят перед архитекторами при работе с театрами, Шапиро рассказал МОСЛЕНТЕ уже после пресс-конференции. В первую очередь, театр должен обладать многочисленными входами и выходами. Новые пути открывают возможности для получения новых впечатлений. Кроме того, по его словам, театрам нужно решать две противоположные задачи — они должны сохранять своё лицо, но, в то же время, подстраиваться под прихоти режиссёров и изменяться с их лёгкой руки до неузнаваемости.

«Театр — это всегда смена событий. Разные режиссёры конструируют свой мир. Это с одной стороны. С другой стороны, понятно, что один театр должен отличаться от другого. Поэтому здесь две противоречивые задачи», — отмечает он.

Сезон дебютов

Для Малой сцены уже готова немалая программа. Одних только дебютов на сезон 2016-2017 запланировано более полутора десятков. Так, по словам Юхананова, помогая и советуя, но не настаивая на своих советах, здесь будет взращиваться новое поколение режиссёров.

Самым первым площадку смог опробовать Евгений Бедняков со своими «Фантазиями Фарятьева» по одноименной пьесе Аллы Соколовой (был ещё в 1979 году такой фильм Ильи Авербаха с Мариной Неёловой и Андреем Мироновым). «Это история о том, как одиночество пытаются вылечить утопическими рецептами счастья», — говорится в описании Электротеатра. «Фантазии» Беднякова зрители могут увидеть каждый вечер до конца этой недели.

Дальше публику ждут опера «Маниозис» по текстам Спинозы, легенда о двух биороботах и прекрасной девушке «Love Machines» по пьесе философа Кети Чухров, спектакль «Бунин» по его рассказам, «Идиотология, учение об идиотских основах души» — по роману «Идиот» Достоевского, и прочие сюрпризы.