17 марта 2017 в 00:00

Психи большого города

Колумнист МОСЛЕНТЫ – о больных страстях и внесезонном обострении у москвичей
Недавно во дворе моего дома появился голый мужчина. Не раздетый по весне, не в трусах или подштанниках, а натурально голый гордый человек. В принципе он вел себя интеллигентно, здоровался и раскланивался с голубями и прохожими. Однако, учитывая обстоятельства, и те, и другие с испугом шарахались от него во все стороны. Пока я думала, какую службу поддержки ему вызвать, обнаженную натуру попутным ветром унесло куда-то в сторону большой дороги. Колумнист МОСЛЕНТЫ Этери Чаландзия – о больных страстях и внесезонном обострении у москвичей
Психи большого города
Кадр: фильм «Пролетая над гнездом кукушки»

Недавно во дворе моего дома появился голый мужчина. Не раздетый по весне, не в трусах или подштанниках, а натурально голый гордый человек. В принципе он вел себя интеллигентно, здоровался и раскланивался с голубями и прохожими. Однако, учитывая обстоятельства, и те, и другие с испугом шарахались от него во все стороны. Пока я думала, какую службу поддержки ему вызвать, обнаженную натуру попутным ветром унесло куда-то в сторону большой дороги.

Этери Чаландзия

Журналист, фотограф, колумнист

Каждый год в период весеннего обострения на улицы Москвы выбегают сотни горожан с тревогой в глазах и сердце. Подскакивает столичная статистика суицидов и попыток суицидов, а городские новости пестрят репортажами о неадекватном поведении граждан. Ну, понятно же, что только в измененном состоянии сознания можно было облить бензином и подпалить новенький Maybach на 3-ей Фрунзенской улице!

Любой мегаполис – испытание для человека. Большой город дает возможности и комфорт, однако заставляет приспосабливаться к своим законам и ритмам, деформируя психику горожанина.

В каком-то смысле, мы все немного ку-ку, а некоторым даже нравится думать о том, что они с приветом. Однако перенапряжение психики современного человека совсем не безобидная и далеко не сезонная проблема.

Это особенно заметно в медийном пространстве, живущем от скандала до скандала. Стоит только потревожить коллективное бессознательное резким высказыванием, как немедленно, словно эритроциты к ране, все устремляются к теме раздора, и начинается сладостная и бессмысленная бойня. Бессмысленная, потому что общественные скандалы ничего не развивают в человеке. Напротив, они четко обрисовывают границы его возможностей и оставляют его биться в тесной коробке своего гнева.

Именно гнев мгновенно объединяет толпу, как будто в каждой голове вместо мозга – бензин. И стоит лишь поднести провокативную спичку, чтобы все сообща немедленно запылали синим пламенем.

Наступило время больших и больных страстей. Броские заголовки в прессе бьют по нервам, посты в социальных сетях обещают шок, заманивают бесхитростными и бесстыжими: «Я плакал, когда читал» или «Вы поразитесь, когда увидите». Читателя, зрителя и слушателя все время стараются вывести из равновесия запрещенными приемами.

Все уже давно подсели на адреналиновую волну скандальных и экстренных новостей и никакие посты про собачек и жизненную милоту не привлекут такого внимания, какое привлекают публичные холивары и массовое «накидывание дерьма на вентилятор».

У расстроенных нервов обширный бэкграунд. Все слишком быстро меняется и традиционная мораль не успевает за современным миром, в котором возможно все: женщины, которые становятся мужчинами и мужчины, которые становятся женщинами, чернокожие президенты и президенты женщины, мэры-геи, женщины-священники, благословляющие однополые союзы, новости об изнасилованных девочках и фотографии распятых мальчиков.

Неудивительно, что многие растерялись от всего этого. Уже давно можно, не выходя из помещения, разрушить целую страну на противоположном конце планеты, и наблюдать за происходящим онлайн, в деталях и подробностях. Сама смерть слишком близко подошла к жизни, стало по-настоящему страшно, но оказалось, что страх - самый сильный наркотик, слезть с которого сложнее, чем с героина.

На происходящее немедленно отреагировало массовое искусство, актуальная задача которого всегда искать нового героя. И кем оказался этот герой последних десятилетий? Сидящим на викодине доктором Хаусом, «высокоактивным социопатом» Шерлоком, героиней Клэр Дейнс, страдающей биполярным расстройством, элегантным конгрессменом и убийцей Френком Андервудом. И даже герой Константина Хабенского в рейтинговом «Методе» балансирует между правосудием и преступлением, безумием и нормой.

Человек со странностями всегда был в центре внимания. И Гамлет с приветом, и король Лир чудит, хотя там все можно списать на старческую деменцию, и Вертер ходит по краю, а Лужин так и вовсе пересек черту. И хичкоковский «Психо», и «Таксист» Скорсезе, и Ганнибал Лектор, и Кэтрин Трамелл ужасны и прекрасны. Без них реальность скучна и предсказуема.

Обычные люди вызывают разочарование, и актеры признаются, что играть отрицательный характер намного интереснее, чем Садко или Белоснежку. Оно, вроде бы, и ничего, мало ли во что играют люди. Все лучше, чем бросаться ядерными бомбочками (хотя одно другому совершенно не мешает).

Но как-то слишком много появилось новых героев, страдающих целым букетом психических расстройств, и как-то слишком сильно они понравились публике.

Отечественный зритель еще помнит положительного персонажа советского времени. Нашего Красного Бэтмена, строителя будущего с высокими идеалами и чистой душой, дядю Степу, Тимура и всю его команду. В советском мире не было ни секса, ни Бога, ни дьявола. Они только осложняли простую и понятную жизнь, которая предлагалась обывателю. Потом появился Владимир Сорокин, выпустил всех демонов и стал классиком новой русской литературы.

В современном мире практически безграничных возможностей, где за деньги можно почти все, фильтры морали, которые должны удерживать границы дозволенного и в долгосрочной перспективе спасать человека от него самого, становятся все жестче. Между таким сильными взаимоисключающими полюсами и вылупляется на божий свет наш психопат и неврастеник с условной моралью. Уже сверхчеловек Ницше был по ту сторону добра и зла, современному герою тоже явно тесно в границах бесконечных правил – поведения, дорожного движения, безопасности, выживания.

Конфликт между «хочу», «могу» и «должен» связал всех по рукам и ногам и превратил обычную жизнь в каскад невротических компромиссов.

Это все одновременно и страшно и страшно интересно, но только, когда происходит по ту сторону экрана. И совсем не смешно по эту, где по улицам, в собственной квартире и семье в изобилии и без присмотра, обостряясь по весне, гуляют маньяки и шизофреники, люди с психическими расстройствами всех сортов, психопаты, социопаты, манипуляторы и неврастеники.

На этом фоне не последний вопрос, а кого вы сами видите каждый день по утрам в зеркале? И не пугает ли вас собственное отражение в нем?

Считается, что признание существования проблемы становится первым шагом на пути к ее решению. В ситуации, когда от общего эмоционального фона зависит благополучие в семье, стране и родном городе, - не худшее начало.

Психопатов и неврастеников невозможно отменить или запретить, но всегда можно сделать собственный выбор – сорваться на ближнего или сдержаться, провести полдня в сетевой схватке, плюя в экран компьютера, или выдернуть его из розетки и выйти с собакой погулять.

И при таком разборе полетов с самим собой все средства хороши, потому что весна и обострения пройдут, а проблема-то останется.