«Павильон „Космос“ для меня вообще был святым местом»

Моя Москва
Выставка достижений народного хозяйства СССР, 1978 год.
Фото: Александр Коньков / ТАСС

Коренной москвич и культовый авангардный режиссёр Юрий Грымов делится своими представлениями о старой и современной Москве. Всего дороже для него воспоминания о столице конца 80-х. Есть что рассказать продюсеру и о новой Москве, исторический «лик» которой был уничтожен несколько лет назад, но с приходом нового мэра теперь постепенно возрождается.


Я коренной москвич – бабушки, дедушки, прабабушки и прадедушки, все родились и жили в этом городе. Из рассказов бабушки узнал, что я из рода Бриллиантовых, у которых был модный дом и шляпная мастерская на Тверской улице. Видимо, поэтому меня всегда тянуло в район Кремля и Тверской улицы. Но, как ни странно, когда начинаешь вспоминать «мою Москву», то есть Москву, которая тебе всего дороже, то я вспоминаю город конца 80-х. В это время я любил ездить по Москве, любил разные места и назначал свидания разным девушкам в разных местах. Но чаще всего приглашал на свидание девушек в очень интересное место, которое находится возле Кремля. Сейчас на этом месте стоит Гостиный двор, а раньше это был кошмар из кошмаров. Это было абсолютно заброшенное место в самом центре Москвы. Конечно, чтобы в глаза не бросалась полная разруха, она была как-то огорожена. Но для меня, впрочем, как и для остальных искателей приключений, пробраться внутрь этих сооружений никакого труда не представляло. Внутри этих зданий было ужасно страшно и жутко красиво одновременно. В полумраке, сквозь грязь и копоть просматривалась великолепная лепнина, изразцы, изысканные деревянные рамы и двери. Этот мрак и красота производили сильное впечатление на девушек. И, как ни странно, милиция мало кого тогда оттуда гоняла. Наверное, потому что ничего плохого мы там не делали, даже не курили. В таких местах, где все пропитано историей, гадить нельзя. Правда, как-то зимой меня все же загребли в милицию. Но не за мои пристрастия лазить на обломках старины, а за разбитые лампочки и политическую ненадёжность. Я на спор снежками, а в то время снег в центре Москвы зимой был не в диковинку, разбил практически все лампочки в переулке. Мне важно было, чтобы свет погас, тогда я бы спор выиграл. Но я не увидел, что там висел плакат «На встречу... чего-то там КПСС...». Никакого смысла в то, что там кумачовое знамя или чего-то ещё, я абсолютно не вкладывал. Это была просто хулиганская выходка. Но, тем не менее, меня поймали. Родителям, правда, вызволять меня не пришлось. Тогда милиционеры были мудрые, понимали, что перед ними балбес – пожурили и отпустили.

37ed390ef1985d2892b6772f05adc9be957fdfc7

Тверская улица в Москве, 1984 год.

Фото: Борис Приходько / РИА Новости

А ещё я безумно любил гулять по ВДНХ. Разнообразие лесопарковой зоны и цивилизованной жизни меня всегда прельщало. На ВДНХ можно было провести целый день, там никогда не было скучно. Павильон «Космос» для меня вообще был святым местом. Ведь меня назвали в честь Юрия Гагарина. Кажется, в этом павильоне я знал все и вся. И когда, уже при Лужкове, ВДНХ в целом, а «Космос» в частности, со спутниками и спускаемыми аппаратами, превратился в павильон по продаже трусов и телевизоров, для меня это стало полной катастрофой. Я человек не кровожадный, но считаю, что за уничтожение лика Москвы, за уничтожение московской архитектуры, за уничтожение ВДНХ Юрий Лужков должен когда-нибудь ответить. Радует то, что сейчас ВДНХ из помойки опять превращается в прекрасное место. С огромной любовью восстанавливаются павильоны, территория приобретает вид прекраснейшего парка. А главное москвичи опять любят там проводить свое свободное время.