Поттер без Хогвартса

Урбанистика
Фото: пресс-служба главного архитектора Москвы

Главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов выступил на дискуссии Urban Talks «Школьная архитектура как инструмент развития личности». Он рассказал о современной практике доработки архитектурных проектов учебных заведений и самых интересных школах, строящихся сейчас в столице.

Сергей Кузнецов, главный архитектор Москвы

Политика Москомархитектуры

В моем понимании архитектура — это то, из чего, по большому счету, состоит весь мир, включая природу, ведь глядя на нее мы научились строить. И избитая фраза о том, что мы формируем архитектуру, а она — нас, особенно актуальна в отношении школ. Ведь это — объекты массового посещения, сюда приходят дети в тот период своей жизни, когда закладываются многие установки в восприятии мира, понимание того, как он на нас влияет.

C1fd7ceff8b6601bc07988bdecfd2164b24106c4

Сергей Кузнецов

Фото: пресс-служба главного архитектора Москвы

С сентября 2012 года Москомархитектуры оформлено 68 свидетельств об утверждении архитектурно-градостроительных решений образовательных учреждений. И я объясню, за какие школы мы боремся.

Существует тип школ, которые проектируются и строятся по госзаказу, в этой области отработана жесткая технология и ответственные департаменты следят, чтобы она соблюдалась. Архитектуре там, честно говоря, места почти совсем не остается. Но мы, тем не менее, почти всегда настаиваем, чтобы в проекте появился архитектор и хотя бы придал зданию индивидуальный внешний вид. Он придумывает некий фасад, посадку здания, как-то работает с территорией. Но в основном перед ним стоит небольшой объем задач: просто потому, что так на данный момент формируется его задание заказчиком.

И есть другой тип школ, которые строят инвесторы. Здесь мы уже стараемся максимально «вытаскивать» из проекта как можно больше, потому что тут уже нет таких жестких установок. Все, наверное, знают о таких строящихся сейчас школах, как «Летово» (международная школа-пансионат для одаренных детей, откроется в сентябре 2018 года, ее кампус площадью 14 гектаров расположен между станциями метро «Саларьево» и «Бунинская аллея») и в Хорошево-Мневниках (по адресу: улица Народного ополчения дом 9 корпус 5, 6, дом 11, корпус 4), — там проводились архитектурные конкурсы, чтобы найти интересные решения.

Новый взгляд

Когда в 2012 году меня назначили главным архитектором, проекты, которые мы с новой командой получали на согласование, были одинаковыми типовыми решениями советского типа. Архитекторы для их разработки часто вообще не приглашались. Такой подход и сегодня имеет большое количество поклонников. Мне, например, было довольно странно услышать, что Московская область гордится тем, что по госзаказу они делают только типовые проекты, которые обязательно применяют повторно. Более того, если по каким-то условиям вдруг появляется необходимость сделать индивидуальный проект, они требуют тут же признать его типовым на случай, если такое же здание придется строить повторно. Я считаю, что это абсолютно контрпродуктивный подход.

Поттер без Хогвартса

Есть разные группы сил, в том числе — архитекторы и эксперты, ответственные за строительство образовательных объектов. Они должны объяснять коллегам, что работать шаблонно, по-старому уже не получается, это не оптимальный путь. Мы на своем фронте делаем для этого то, что в наших силах, и школы, построенные после внедрения в 2012 году новой идеологии, о которой я говорил, отличаются от прежних. Это и школа-интернат в Кожухово (1-й Красковский переулок, 38Б), и школы: на улице Правды (ул. Правды, владение 1А), в поселке Коммунарка (НАО, поселение Сосенское, поселок Коммунарка), в Захарьино (Южное Бутово, микрорайон Захарьино). То, что они сделаны интересно, бросается в глаза. И, я думаю, не надо никого убеждать в том, что ребенок должен выделять здание своей школы из прочих, ведь это формирует у него очень важные установки.

В конце концов, все любят Гарри Поттера. Но, наверное, не было бы такого Поттера, если бы школа Хогвартс выглядела, как типовая школа советской постройки. Сам я прочитал только половину первой части по настоянию детей, чтобы говорить с ними на одном языке, но все равно понимаю, что история была бы раза в три скучнее, не будь там такой школы.

Как проводить крупные инициативы

Я верю в диалог, в то, что люди убедительные, с ярко выраженной инициативой могут изменить ситуацию, сказав: «Знаете, так делать нельзя по таким-то причинам». Москомархитектура может на что-то повлиять, но я трезво отношусь к нашим возможностям, понимаю, что тема образования - очень специализированная, и мы не сможем начать «раскачивать» ее без мощной поддержки профильных департаментов, экспертов российского, международного уровня. Думаю, на очередном Московском урбанистическом форуме надо организовать разговор об этом.

Обращаясь к своему опыту проведения крупных инициатив по изменению, казалось бы, закоренелых явлений, я считаю, нужно начать с совместной работы с профильным департаментом, отвечающим за школы. Если он готов идеологически примкнуть к комьюнити, которое продвигает вопрос о качественном улучшении архитектуры школ, об обновлении устарелых норм, то нужно составить совместно концепцию: понятную, плакативно составленную. Важно, чтобы она давала сопоставление существующего положения с желаемым, на наших и международных примерах, по элементам.

Опыт работы над постановлением 305-ПП

Как мы делали 305 постановление (принятое 21 мая 2015 года постановление правительства Москвы 305-ПП «Об утверждении требований к архитектурно-градостроительным решениям многоквартирных жилых зданий, проектирование и строительство которых осуществляется за счет средств бюджета города Москвы»)? Мы разбили его на 17 очень понятных пунктов, объясняющих, что конкретно нужно поменять и как именно это сделать.

Поменять продукцию первого домостроительного комбината было не просто. Было большое количество жестких требований от технологов, от владельцев заводов, где работают десятки тысяч человек. Нам говорили: «Как это так, вы нас остановите? Вы нам предъявляете требования, к которым мы не привыкли». Но мы свою позицию защитили, доказали, полтора года работали с технологами, и в результате ввели новые стандарты.

Со школами надо пройти тот же путь, разбить предложение по пунктам: открытость классов, изменение планировок, необходимые перемены, связанные с изменением времени преподавания разных предметов и так далее.

Современные требования

Все это – требования, необходимые для современного процесса, делающего человека образованным, готовым к жизни. Я знаю, что образование сейчас изменилось: мы делаем площадку «Открытый город», представляем десять ВУЗ-ов, связанных с архитектурой. И я вижу, что сейчас молодой архитектор, который только вышел из института, несет знания, основанные на стандартах десятилетней давности. И ему надо «перезарядиться» и «переоснаститься» под актуальные современные знания. Таким образом выясняется, что основная экспертиза сегодня – это способность быстро переучиваться, в зависимости от новых обстоятельств. А значит, в школах особое значение получают помещения для занятий, повышающих адаптивность к среде, для творческих дисциплин, развивающих способность хорошо мыслить, говорить.

Образовательный минимум сегодня уже должен быть другим, вполне вероятно, в него стоит добавить предметы вроде актерского мастерства, которые раньше и представить-то себе в расписании было сложно.

Сегодня человек, выйдя из школы, уже должен быть заряжен несколько иными навыками, чем те, которые можно получить в кабинетах химии и физики. Так как такой подход уже зафиксирован в федеральном государственном образовательном стандарте, его надо примерить на ту форму, в которую мы сегодня пытаемся его запихнуть. И там, где форма мешает содержанию, нужно указать, где именно это происходит, и предложить примеры решений.

Поверьте, в природе не существует врагов нового поколения и образования. И если система работает по инерции, по накатанному, то это все от недоговоренности, от недоработанных инициатив. Ситуация останется прежней, пока не придет некий Прометей, который скажет: «Теперь пищу можно готовить на огне, так она будет гораздо вкуснее».